Капучинка

Но какой бы чудесной ни была ночь, и каким бы нежным утро, рано или поздно наступил вечер, а значит Булату нужно было улетать. Дорога до аэропорта показалась мучительно короткой. Время стремительно летело, крадя у Бека и Насти минуты счастья. Молодые люди сидели, обнявшись, на заднем сиденье автомобиля. Булат поглаживал любимую по волосам, а Настя водила ладошками по его спине и груди.

— Береги себя, хорошо? — требовала Настя, — Иначе я прилечу сама.

— Хорошо, душа моя, — отвечал Булат, — А ты поживи у Захара в доме или у родителей.

— Солнце мое, — вздохнула Настя, — Хочу, чтобы ты мне кое-что пообещал.

— Все, что угодно, — шепнул Бек, водя носом по белокурым волосам.

— Если случится так, что ты позвонишь мне и услышишь мужские голоса, не срывайся за тысячи километров, — попросила Настя, — не ставь себя под удар. Ты ведь знаешь, что мне нужен только ты. И мужской голос скорее всего будет принадлежать кому-то из моих родных.

— Знаю, — выдохнул Бек, — Но иногда ярость перекрывает здравый смысл.

— Я буду ждать тебя, — Настя, обхватив ладонями лицо любимого, прижалась к его губам в поцелуи, — И встречу тебя, когда ты прилетишь ко мне."

"— Две недели, Настенька, — пообещал Бек, — Максимум три.

— А когда все закончится? Сколько мы так будем? На две страны, — спросила Настя печально.

— Я не знаю, Настюш, — вздохнул Булат, — Но постараюсь сделать все, чтобы все наладилось быстрее. А потом ты выберешь любое место, где хотела бы жить. И мы построим дом, большой и просторный.

— И качели в саду?

— И качели.

— И овчарку?

— И овчарку.

— А бассейн?

— И бассейн. Все, что пожелаешь.

— Я люблю тебя.

— И я, душа моя.

Самолет взлетал, унося частичку души Насти. Она тихо плакала, вытирая слезы ладошкой. Отсчитывала минуты до звонка, когда Булат, сойдя по трапу самолета, позвонил ей, сказал, как сильно любит ее и велел ложиться спать.

Телефонные звонки стали единственной отдушиной и практически отмеряли время для двух сердец, разделенных расстоянием.

— Правда завтра? — не веря, спросила Настя.

— Правда, душа моя, — сипло рассмеялся Бек.

В аэропорт Настя примчалась за час до посадки самолета.