Капучинка

— Смотрю, парень, ты прогрессируешь! — похвалила Лика водопроводчика, — Держи, заслужил!

Лика, вынув из сумочки купюру, протянула парню. Тот, томно улыбаясь, подставил бедро, чтобы девушка могла сама прицепить банкноту к последнему оставшемуся на нем предмету гардероба. И как только Лика, не смущаясь, всунула бумажку, парень перехватил ее ладонь и прижался к ней ртом.

Девушки не заметили, как дверь распахнулась и на пороге появилась суровая компания. Лика не успела отвоевать свою ладонь обратно, как на весь VIP раздался грозный рык Демоняки.

— Я тебе сейчас этот ключ впихнув в ж….!

— Очень добрый день! — хмуро изрек Даня, глядя на невесту. Та все еще смеялась, откинувшись на спинку стула.

Черт молчал, только сверлил тяжелым взглядом супругу, которая безмятежно пила чай.

— И как это понимать? — прищурился Захар Максимович, глядя на довольное личико жены.

Рыжий едва заметно улыбнулся, отметив, что жена не проявляет особого интереса к танцам, зато на лице довольное выражение, и глаза искрятся смехом.

Федька стоял, скрестив руки на могучей груди и сверл взглядом свою Кнопку. Еще и носком туфли постукивал, словно говоря, что дома жену ждут великий разбор полетов.

— Накажу, — пригрозил рыжий богатырь, хмуро глядя в веселые глаза жены.

Гор заулыбался, увидев, как его куколка свернулась калачиком на диване и мирно спала. Подхватив ее на руки, парень вышел из комнаты, предоставив парням самим разбираться с ситуацией.

— Кот из дома — мыши в пляс? — заметил невозмутимый Ник, приближаясь к жене.

— Здравствуй, родной! — заулыбалась Ниночка, — Не зыркай на меня! Я ведь не могла оставить девочек в беде!

— Ну-ну, — недовольно изрек Ник.

Игнаша тем временем уже приблизился к столу.

— Слышь ты, блюститель порядка, — начинал беситься Игнат, — Забирай свой светофор и двигай, пока есть чем двигать!

— Какие мы грозные! — коварно улыбалась Капучинка, скрестив руки на груди.

— Велено валить на хрен! — уточнил требование сына Черт, рявкнув так, что Дан, стоявший ближе всего к парню, поморщился.

"Тоша тем временем подплыл к жене, пошептал что-то нежно ласковое на ушко и увел, словно загипнотизированную, из комнаты.

И когда комната опустела еще на три человека, парни оккупировали свободные стулья и, отобрав у своих жен карты, принялись играть за них. Словно и не было ничего. И только Игнат не сел.

— Домой, — коротко скомандовал он. Лика только бровь изогнула, но с места не встала.