Измену не прощают

Яркий свет резанул глаза еще сильнее, это отдалось новым приступом боли в голове, и я снова опустил веки.

Я не думал о том, где нахожусь, что произошло. Не было способности соображать. Я лишь мечтал о воде и чтобы перестала трещать башка.

Потом я услышал звук открывающейся двери и женские голоса. Они разговаривали на повышенных тонах и обсуждали деньги. Я не особо вслушивался. Наоборот, мечтал вовсе не слышать, потому что от каждого звука голова раскалывалась еще больше. Ощущение было, будто по черепу бьют кувалдой.

Дверь хлопнула, послышались шаги в номер.

— Ага, готовенький, — сказал громко женский голос.

Я на это что-то промычал. Не понимал, кто говорит, да и не особо интересовало. Свет продолжал бить в глаза через сомкнутые веки, мне хотелось укрыться одеялом с головой. Я попробовал это сделать, но рука меня не послушалась.

Ко мне кто-то подошёл, обдал приторно-сладким парфюмом, и в этот момент башку словно бетонной плитой пришибло. Я снова не то замычал, не то застонал. Не мог пошевелиться, не мог что-то сказать.

Но когда я почувствовал, что меня раздевают, все же нашел силы разомкнуть веки. Перед глазами задвоилась женская фигура. Получилось слегка приподнять голову от подушки, но не надолго. Через пару секунд она упала обратно.

Я понимал, что меня раздевают, но ничего не мог с этим сделать. Да и не пытался, если честно. Мысли в голове были как кисель. Я не мог связно думать и уж тем более не мог что-то анализировать. Вопросов «где я?», «кто это тут?», «зачем меня раздевают?» не было.

В какой-то момент меня прекратили раздевать. Но девушка не ушла. Она ходила по номеру, разнося за собой шлейф тошнотворных духов, от которых мне становилось еще хуже. Затем вернулась ко мне, потолкала меня за плечо.

— Эй, ты живой?

Я замычал.

— Двигаться можешь? Подними руку.

Собрав всю волю в кулак, я прохрипел:

— Воды.

— Воду попозже тебе дам.

Я зачем-то ее слушал. Попробовал приподнять руку, но она тут же упала обратно на кровать.

— Понятно.

Послышались удаляющиеся от меня шаги. Через какое-то время она быстро заговорила:"

"— Алло, он почти не шевелится. Что делать? — тишина. — Ну я сказала ему поднять руку, он слегка приподнял, а потом она упала обратно. Так не пойдет? — снова тишина. — Тогда надо или ждать, когда начнет двигаться, или что-то ему дать.