Измена. Ты не смог ее забыть

Не желаю, чтобы потом в меня летели обвинения, мол, я не дала ему, бедному, в своё оправдание и рта-то раскрыть.

— Женщина, с которой ты меня видел, это Кира Лопатина. Мы давно с ней знакомы. Мы просто общались…

Нет, ну это невозможно слушать без возражений.

— Влад, давай я задачу тебе облегчу, — я облокотилась на столешницу, подавшись всем телом вперёд. — Я видела, как ты на неё таращился. Понимаешь? Видела своими собственными глазами, как ты ручки ей жал! Ты сейчас чем занимаешься? Дурочкой меня выставить хочешь?

А в мыслях уже осела важная информация — давно, значит, знакомы.

— Никем я не пытаюсь тебя выставить, — раздражённо поморщился муж. — Я пытаюсь тебе всё объяснить!

— Это не объяснения! — вспыхнула я. — Это враньё! Ты прямо с вранья и начинаешь! Вы просто общались? Серьёзно? Женатый мужик в общественном месте хватает за ручки старую знакомую и смотрит на неё глазами влюблённого щенка, а потом называет это простым общением.

Руки Влада сжались в кулаки. Разговор явно складывался не по его сценарию.

— Маш, ты примчалась туда уже на взводе, — проговорил он неестественно ровным голосом. — Отсюда следует вполне логичное предположение, что ты в любом случае увидела бы то, что настраивалась увидеть. И мне хотелось бы знать, кто тебя так умело накачал информацией. Кто это был?

Выдавать ему Ольгу? А, спрашивается, зачем? Это что, меняло бы что-то в общей картине? В нашем конкретном случае не меняло.

Вот если бы я явилась в тот ресторан лишь для того, чтобы дверную ручку поцеловать. Если бы я никого там уже не застала, Влад бы мог ещё торговаться.

Но не сейчас.

Нет, сейчас он пытался убедить меня в том, что я зря поверила собственным глазам.

— А почему тебя это так интересует? — прищурилась я. — Что тебе даст эта конкретная информация?

Влад набычился.

— Она даст мне имя. Имя человека, который намеренно пытается нас рассорить и по разные стороны баррикад развести.

Глава 4

— А ты, Королёв, молодец, — пробормотала я, обалдело качнув головой.

— В смысле? — нахмурился муж, застыв за столом, как мрачное изваяние.

— В прямом, — мне чудом удалось сдержать дрожь и прекратить наконец трясти коленкой под столом.

Но чёрт знает каких усилий мне стоили эти внутренние уговоры.

— Ты решил перенаправить все претензии на третье лицо. Нас пытаются рассорить.