Избранники Милли (СИ)

— Четыреста сорок две, — исправился тощий, после хлёсткого свистка и удара об израненную кожу.

— Остановите эту блондинку, пока я не намотала её локоны на свой кулак. — торговец явно хотел снова возразить и напомнить о воле императрицы, но сверкнувшая золотая печать той, самой Реяны, в моей руке, заставила его похлопотать о моей просьбе.

— Ты планируешь потратить её на Ноарэля? — алур как-то странно на меня посмотрел.

— А на кой она мне сдалась? Я надеюсь, что в эту империю больше ни ногой и выжму пользу из этой штуковины.

— Всё что угодно.

— Рэн рассказывал мне про сильные артефакты, которые можно найти только в Огмане. Найди такой для моего острова. — алур засомневался, и я взяла его за руку. — Прошу тебя! Если что-то пойдёт не так, Арлан сразу же расправит крылья и унесёт меня на дэфлай.

— Миллиэн, этому уже цена больше чем один поцелуй, — вот знал, что упёртую меня не перепрёшь, решил выторговать ещё что-то.

— Как только выберемся, — пообещала я как раз к моменту возвращения торговца.

Бахран остановил наказание Ноарэля на время и проводил меня с Арланом в шатёр. Его помощники подсуетились и на столе появились свежие фрукты и вино, на которое я взглянуть лишний раз побоялась.

— Вы хотели эльфов, — начал с далека Бахран.

— Всё верно.

— Сейчас на рынке есть пятьдесят три экземпляра, — сказал словно про куртки, а не живых мужчин, от чего я поморщилась. Торговец растолковал это по-своему. — Если мало, через месяц мы можем…

— Я не об этом.

— Двести три, если считать того, у столба.

— Сколько за них вы собираетесь выручить? — этот проныра уловил к чему я веду.

— Сто миллионов! — ответил, задрав нос Бахран, на что Арлан тихо хмыкнул.

Ну наконец-то я услышала цену и теперь знаю, как этим можно крутить. Если скажу, что хочу купить за печать рабов, то конечно же этот гад найдёт уловку, а так…

— Именем императрицы Реяны приказываю! Продать Миллиэн Сэтан всех на ком рабский ошейник, и кто является живым товаром на рынке — за пятьдесят миллионов ронов.

— Но госпожа…"

"— Бахран, не заставляй меня вписывать твою тощую задницу в этот приказ, ибо я сплю и вижу, как буду пытать тебя до конца твоего жалкого существования.