Иного решения нет

Мне показали тайник и оставили в доме, а сами ушли. Сказали, если погибнут, все рассказать Шевади. Он знает, что делать. Ночью я слышала шум боя. Утром пришел человек и сказал, что все кончено…

Шамиль лихорадочно соображал, как поступить. Он был уверен – доехать до Беноя им не суждено. Шевади просто спятил. Нужно преодолеть с десяток постов, на любом из которых чемоданчик может привлечь внимание, и тогда Зарема приведет свою адскую машину в действие. Идти оставалось совсем немного. За деревьями уже можно было разглядеть автомобиль с племянником старика.

Еще пара десятков шагов, и он увидит их. Решение созрело мгновенно.

– Подержи, – остановившись, он повернулся к ней, протянув кейс. – Дорога длинная…

Договорить Шамиль не успел. Едва женщина протянула руку, смущенно отведя взгляд в сторону и, по-видимому, посчитав, что ее провожатому приспичило по нужде, как мощным ударом в висок он свалил ее на землю. Шамиль никогда не бил женщин, и сейчас ему стало мерзко от своего поступка.

Отлетев на несколько метров, Зарема упала.

Он знал, после такого удара даже мужчины иногда уже никогда не встают, но выхода не было. Любая оплошность – и Зарема приведет в действие адскую машинку.

Поставив чемодан на землю, он бросил настороженный взгляд в сторону машины и нагнулся над бесчувственным телом. Расстегнул кофту. Приспустил юбку. Взору открылся плотно облегающий талию пояс смертника. Причем одного взгляда было достаточно, чтобы догадаться: случись что, и они вместе с машиной превратились бы в пыль.

Аль Хаяри придумал ужасное сопровождение для своего груза.

Зарема дышала. Он снял пояс, подхватил чемодан и направился дальше.

– А где женщина? – удивленно округлил глаза племянник Шевади, выходя из машины.

– Нам далеко ехать, – Шамиль посмотрел в сторону леса, из которого вышел. – Решила приготовиться к дороге. А пояс мешает это сделать.

– А, – протянул племянник, скривившись в брезгливой улыбке. Он развернулся к машине, собираясь сесть за руль.

Отставив чемодан в сторону, Шамиль схватил его за щиколотки и дернул на себя.

Парень не успел коснуться грудью земли, как тупой носок тяжелого армейского ботинка врезался ему в пах, а через секунду Шамиль сидел на нем сверху, связывая за спиной руки. Впрочем, тому было сейчас все равно, что с ним делают. Такой боли он еще никогда не испытывал.

Спустя час Шамиль, улыбаясь во весь рот, выходил из «Жигулей» во дворе Курчалоевской комендатуры. На пассажирском сиденье справа лежал злосчастный кейс.