Игра не для слабых: Меж двух огней

— И какие же, позвольте поинтересоваться?

— Мы планировали подпустить в трактир красного петуха, а всех кто вырвался из огня — перебить, — ответил безухий, — Но…

— Но вы проявили к нам уважение, — продолжил их командир гнусавя ещё больше, — И поэтому мы не будем чинить вам препядтствия, пока вы находитесь в столице."

"Ну да, конечно. А ещё потому, что до вас внезапно дошло, мол, это совсем не такие простые ребята, какими кажутся на первый взгляд. И из заварушки с ними без потерь выйти будет невозможно. Да и не факт, что получится остаться в живых.

— Однако помните, что вы зашли на нашу территорию. И все свои дальнейшие действия согласовывать будете с нами. Я достаточно ясно выражаюсь? — Гайер снова уставился на меня своим немигающим взглядом. Поначалу меня подмывало просто спросить, мол, а силёнок то хватит? Впрочем, это означало бы конец переговоров мирных, и переход к переговорам агрессивным. А я, после двух весьма сложных заклинаний был не в лучшей форме и вряд-ли смог бы повторить ещё что-нибудь из этих трюков.

— Вот как? — наиграно удивился я, — А мы то думали, что это — территория ордена, на службе у которого, мы, к слову сказать, сейчас находимся.

— Орден тоже так думает, — ухмыльнулся Гаер, — Однако в реальности он контролирует лишь храмовый квартал и его окрестности. Остальные кварталы города поделены между другими уважаемыми людьми.

— В таком случае, позвольте поинтересоваться, где был этот влиятельный господин два дня назад, когда на площади трёх божеств случилась резня, — мне понемногу начинал надоедать этот фарс. Конечно, новых врагов наживать не хотелось, но и допускать того, чтобы какие-то непонятные проходимцы диктовали нам условия, я тоже не собирался, — Или где его носило раньше, когда это славное заведение терроризировала шайка дворянских деток.

— У уважаемых людей есть дела посерьёзнее, чем какая-то мелкая заварушка на площади и проблемы шлюх, которым отказались платить. Например, такие выскочки, как вы, которым надо вовремя показывать их место, — равнодушно произнёс Гайер. Однако, как он ни старался скрыть свои эмоции, в голосе у него всё равно начали проскакивать нотки раздражения.