Я тебя не помню

Интересно, Хованская знала о подмене детей?

— А ты не из депутатов, случайно? К выборам готовишься? Ходят у нас тут всякие без конца, подписи собирают, спрашивают чем помочь. Только кроме слов ничем не помогают. Бросят подачку и все!

— Адрес, — с нажимом попросил я. — Или иду в другой дом.

Хованская поднялась на ноги и взяла с холодильника ручку и тетрадь.

— Ну если поможешь, на выборах за тебя проголосую. Как твоя фамилия-то?

Она протянула мне листок с адресом, который наспех написала на клочке бумаги. Я взял его и, развернувшись, направился на выход.

Следовало снимок девочки попросить, но я находился в таком состоянии, что едва ногами передвигал. Да что там даже соображал заторможено, а перед глазами почему-то стояла картинка: как маленькая белокурая девочка, точь-в-точь копия Нади жила в этой грязи и нуждалась в квалифицированной помощи специалистов, заботе и ласке матери, а ничего этого не получала.

Вернулся в машину, сжимая в руках листок бумаги, и долго смотрел перед собой не в силах собраться.

Динар молча завел двигатель и мы поехали в центр города.

— Жива? — я кивнул. — Мне клещами из тебя слова вытягивать?

— Хованская ничего не знает о подмене детей. Сказала, что отправила дочь-инвалида к матери в деревню, а сама… Ей рожать вот-вот, а дома грязь, бутылки, вонь… От нее перегаром за версту несет.

Динар выхватил у меня из рук листок бумаги, развернул его, прочитал каракули оставленные Хованской.

— Примерно полтора часа езды. Поехали. Сразу все и узнаем.

40

Максим— За нами хвост.

Черный седан. Придется сделать крюк. В деревне будем не раньше полудня. Сразу бы сказал куда поедем, я выгнал из гаража мотоцикл. Сейчас бы оторвались за считанные секунды.

Люди Хабарова подсели нам на хвост, когда я попросил Динара заехать в офис за бумагами по фонду, на случай, если старушка попадется упертая и не захочет пускать на порог.

— Слушание в суде когда? — спросил он. — Может ему психиатрическую экспертизу назначат?

Эта слежка и внимание со стороны Хабарова и меня сильно напрягали.

Шага ступить не давал, как вышел из тюрьмы под залог."

"— Через две недели новое заседание. Мне там предстоит присутствовать. Боюсь, что не сдержусь, а ему в итоге понадобится не экспертиза, а вскрытие.

— Брось, — усмехнулся Динар. — Не стоит марать об него руки. У тебя Надя и дети, — он быстро взглянул на меня. — А Наташка? Куча женщин за твоими плечами. Был один, а сейчас вон их сколько стало.

Я шумно вздохнул и потянулся за сигаретами.