Я тебя не помню

Ни в денежной, ни в натуральной форме. Мне это не нужно, но эти акции важны для моего мужа, а Игорь Петрович был близким другом моего покойного отца… Все вопросы по сделке вам лучше обсудить с Глебом. Надеюсь, после моих объяснений наш инцидент исчерпан?

Несколько секунд голубые глаза впивались мне в лицо, пока я мысленно молилась о том, чтобы такси приехало как можно скорее и увезло меня подальше от этого места и всех недоразумений, которые сегодня случились. Я запрусь в детской Дины, а завтра поговорю с Глебом.

— Вы заставляете меня испытывать неловкое чувство. Причем весь вечер. Для человека, с которым я вижусь впервые, Вы слишком настойчиво проявляете внимание. К тому же это явное неуважение к девушке, которую Вы привели с собой. Меня такое отпугивает, а не вызывает интерес. Уверена, что и ее тоже.

На смену холодному, непроницаемому выражению на его лице появилось нечто вроде растерянности.

— И зачем Вы это сделали? — я кивнула в сторону удаляющейся машины, в которой была Наташа.

Что мужчине опять от меня понадобилось?

— Хочу принести свои извинения за немного резкое начало нашего общения. И раз уж моя машина уехала, а вместо твоей с водителем пришло такси… — он указал глазами на подъехавший седан с шашечками на крыше.

— Максим… Даянович… у меня был тяжелый день и завтра предстоит не легче. Я принимаю Ваши извинения но, пожалуйста, в Ваших же интересах будет поехать на другой машине. Я хочу побыть одна.

Шведов открыл дверцу машины и посмотрел на меня. Видимо, моя жалкая отговорка его не впечатлила.

— Я не кусаюсь, Надя. Это просто поездка домой в присутствии незнакомого нам водителя.

— На самом деле я и с Вами не особо знакома, — со вздохом ответила я. — Тем более, чтобы доверять Вашим словам. Откуда мне знать, что у Вас на уме?

— Да, этого лучше не знать, — голос Шведова звучал насмешливо, но глаза смотрели слишком внимательно и серьезно. — Я обещаю, что буду держать себя в руках. Больше никаких намеков.

— И давайте все же перейдем на «Вы».

— Нет, — он отрицательно покачал головой. — Это точно лишнее.