Гром над Империей. Часть 3

Все чаще волхвы чуяли угрозу, идущую с востока. Проникали на землю нашу люди в черных одеждах, неся слово своего бога, смущая при этом простой люд. Где-то их побивали камнями, а где-то, глядишь, и прислушивались к их речам. Призывали они отринуть старую веру и начать кланяться их богу, что не терпел рядом с собой никого. И страшными знамениями и небесными карами грозили они тем, кто не прислушивался к словам их.

Откуда они лезли, понять было сложно. На допросах молчали они, с улыбкой встречая палача. Но из глаз их, казалось, смотрела сама Тьма, и ее недовольства эти чёрные вороны страшились куда больше, чем огня Велеса.

Тогда и понял я, что наконец-то пришло время давно задуманного похода, что пора было и поставить на место хазар, и стереть с лица земли новую заразу, что успела во множестве пустить свои корни. Да, видать, всё же я не успел…

После и участились те самые тяжкие сны, которым я до сего дня не мог найти объяснения. И теперь мне казалось, что это лишь начало чего-то страшного, грозящего бедой всему нашему миру.

Поэтому, несмотря на окончание трудного, вымотавшего всех похода, дел было невпроворот, и до настоящего отдыха, увы, было ещё далеко. Так что, хоть и совестно мне было отрывать своего друга от домашних забот, коих накопилось за время нашего отсутствия немало, но надо было срочно решать, как поступить с обретенными знаниями, а в одиночку я этого сделать не мог. Ибо это касалось прежде всего его, а уже потом всех нас.

— Выпьешь? — предложил я, дождавшись, когда он расположится на жалобно скрипнувшем кресле, что стояло напротив меня.

— Квасу, коли не жалко… — довольно прогудел он, поправляя оглоблю, по какому-то недоразумению зовущуюся мечом, что висела у него на поясе, — Для хмельного не время еще, да и обед скоро.

Осушив залпом большую кружку, с поклоном поднесенную девкой, и утерев пышные усы, он уставился на меня своими голубыми глазами, ожидая моих слов. И я не стал тянуть.

— Снился мне сон, Демид. Страшный своей реальностью. Будто тьма пришла на землю русскую, пересохли реки, застыл отравленный воздух.

Но услышал я гром, и пронзили лучи солнца черные тучи, и засверкали молнии, и пролился на землю животворящий дождь. И очнулась она от мёртвого сна, а вместе с ней и те, кто прежде жил на ней. Отступила тьма, затаилась в укромных уголках, но везде находил ее грозовой ветер, и без устали били по ней ослепительные молнии.