Голые чувства

Старалась не менее получаса."

"— А что, вроде бы и ярко, но не слишком… — протянула Слада, повернувшись к зеркалу. — Теперь волосы, Каролина.

И сестра уложила ее черные кудри в аккуратную «Ракушку», заколола крупной шпилькой, украшенной маленьким жемчужным цветком. Осмотрела критическим взглядом и кивнула:

— Ты как с картинки…

Слада поблагодарила сестру и отправилась в спальню. Скинула пушистый халат и принялась собираться на работу.

Капля персиковой туалетной воды в ложбинку между грудями, свежевыглаженная зеленая блузка, черная юбка покороче, чулки, ботильоны на каблуке и… Слада готова к встрече с рогатым чертом.

Она не знала, отдал ли Хватов распоряжение о ее увольнении.

Ей с работы не звонили, не просили забрать трудовую. Может быть, он не успел никому сообщить? Слада понадеялась, что не успел, и ровно в полдевятого, как и было велено ранее, явилась на свое рабочее место.

К ее облегчению, Ольга Леопольдовна не стала гнать сотрудницу взашей. Только спросила:

— Почему ты вчера убежала? Что-то случилось?

— У меня сестра очень сильно болеет, — пояснила Милова.

На это Ольга Леопольдовна только поджала губы, покачала головой.

Когда начальница отходила от ее стола, Слада вдруг заметила, как она полоснула по ней осуждающим взглядом. В эту самую секунду поняла: Ольге Леопольдовне великолепно известно, зачем здесь Милова. И кем она была для Хватова.

Начальница всё время знала… Возможно, Слада даже не первая девушка, кому предстояло лечь под генерального директора! Скорее всего, так оно и было.

«Ах он хлыщ! Ах он гад ползучий… Соблазнитель, совратитель, извращенец с гигантской пиписькой!»

Как только она не успела его назвать, пока ожидала прибытия начальства!

Хватов явился ровно в девять, как обычно.

Наверное, он заметил ее еще проходя по коридору, поскольку появился в секретарском кабинете подобно торнадо.

— Милова, живо в мой кабинет! — прогремел он, насупился и умчался к себе.

Наверняка даже не сомневался, что она поспешит следом.

У Слады все поджилки затряслись от его громового голоса, а колени предательски подгибались, пока шла по коридору.

«Меня нет! Меня здесь просто нет, здесь лишь моя оболочка, — напоминала она себе по дороге. — Я просто буду играть роль, сколько потребуется, а потом сбегу отсюда куда подальше, и только меня и видели».

С этими мыслями открыла дверь в звериное логово.

— Можно, Данил Викторович?

Глава 26.