Герцогиня

Мадам Альбин даст мне несколько дней отдыха. В таком состоянии мной все равно никто не заинтересуется.

Но Фабьенн лукавила. Бордель мадам Альбин был не высокого пошиба, а клиенты не очень-то разборчивые.

– Вы презираете меня? – явно нервничая, спросила француженка.

– За что? Мне жаль вас, и я хотела бы, чтобы вы могли зарабатывать на жизнь иначе."

"– Мадам Альбин не так уж плоха. Ей и самой приходилось заниматься нашим делом, но сейчас она старовата для этого, – улыбнулась Фабьенн. – Она предпочитает содержать девушек помоложе, дескать, мужчинам такие нравятся больше.

Старшей из нас восемнадцать, младшей – всего четырнадцать, хотя выглядит она взрослее. Некоторым нравится, чем мы занимаемся, – призналась проститутка, – особенно тем, кто получает за это приличные деньги. Впрочем, единственные, кто извлекает хорошую прибыль, – это мадам и сутенеры. Они просто используют нас, как дойных коров. Мадам Альбин неоднократно заявляла, мол, содержать дом и нас кормить дорого, но только мы особо-то и не ели, поскольку постоянно работали, с утра и до поздней ночи, – рассказывала Фабьенн. Для нее все это было в порядке вещей, но Анжелика слушала ее с грустью. – Как вы сами считаете, останетесь в Париже?

– Не знаю. Все зависит от того, найду я работу или нет.

Анжелике нравилось беседовать с гостьей. Ей казалось, будто она обрела нового друга, пусть их мало что объединяло и они вели разный образ жизни.

– Вы голодны? – спросила Анжелика.

Фабьенн нерешительно кивнула – она явно чувствовала себя неловко.

Анжелика принесла из кафе при отеле круассаны и кофе, и они позавтракали.

Фабьенн попыталась встать, но, побледнев, откинулась на подушку.

– Пожалуй, я останусь еще на денек.

– Я сейчас выйду прогуляться, – сказала Анжелика, – и принесу еще еды.

Француженка была тронута. Никто с ней так хорошо не обращался, даже родители. Мисс Латэм явно очень добрый человек и не чета никому, с кем была знакома Фабьенн.

Анжелика вернулась с пакетами, полными продуктов.

Сыр, салями, паштет, багет, яблоки – настоящее пиршество, особенно для Фабьенн. Девушка жадно набросилась на еду.

– Прошу прощения, я не ела два дня, – проговорила она.

– Все в порядке, – заверила ее Анжелика.

Возвращаясь с прогулки, она оповестила портье, что у нее гостит кузина – пусть в отеле не думают, будто их пытаются обмануть, и заплатила за второго постояльца в номере. Фабьенн она ничего не сказала.