Герцогиня

Но дядя оказался плохим человеком, он… постоянно… использовал меня. Тетя ни слова не говорила. Они постоянно пили. Два года назад я сбежала от них в Париж. Стала искать работу, но смогла устроиться только уборщицей в больнице. Впрочем, и оттуда меня уволили, когда узнали мой возраст. У меня не осталось денег и не было крыши над головой. А потом я встретила женщину, которая утверждала, что может помочь. Она сказала, у нее в доме живет еще несколько дам, и все они как дружная семья. Выбора у меня не было, и я пошла с ней.

Но в доме мадам Альбин мне пришлось заниматься тем же, чем и с дядей, только за деньги. Правда, нам доставались гроши, а все деньги прикарманивала мадам. Кормили нас плохо, одежды практически не было. Через два года я не выдержала и сбежала, думая, что, если буду заниматься тем же, но сама по себе, смогу хоть денег заработать. Но потом я поняла – в доме мадам у нас имелась защита. Хорошей женщиной ее не назовешь, но она не позволяла мужчинам бить нас. Некоторые бывали грубоваты, и если она слышала, как мы кричим, немедленно выгоняла клиента. Кроме того, нас всех зарегистрировали в жандармерии. А на улице ничего этого нет. Меня побили уже третий раз, а одну из моих подруг на улице пырнули ножом, и она истекла кровью и умерла. Ей было шестнадцать. В прошлом месяце меня остановил жандарм и сказал, что отпустит, только если я обслужу его бесплатно… Похоже, мне придется вернуться к мадам Альбин. Там я хотя бы в безопасности.

Анжелику поразила эта история. Она никогда не задумывалась о женщинах, подобных Фабьенн, которых унижали, избивали, грабили… Но теперь она понимала, что привело их к такой жизни.

Если бы не дар отца, Анжелику могла ожидать похожая участь.

– А чем вы занимаетесь? Должно быть, вы богаты, если можете позволить себе остановиться в таком месте.

– Нет, – честно ответила Анжелика. – Я работала в Англии няней, но меня уволили без рекомендательного письма. Там я не смогла найти работу и приехала в Париж.

– Вы прекрасно говорите по-французски, – с удивлением произнесла Фабьенн.

– У меня мать была – француженка. Она умерла при родах. А язык я выучила еще в детстве.

– Я могу представить вас мадам Альбин, – поддразнила ее Фабьенн, хотя понимала, что англичанка на такое не пойдет. Она явно умна и образованна. – В общем, пожалуй, я вернусь к ней, – с грустью продолжила она.

– Почему бы вам не остаться здесь на несколько дней, пока вы не окрепнете? Потом и решите, куда идти.

– Я не хочу злоупотреблять вашей добротой.