Генерал без армии

Из высокой травы медленно поднимался бледный как смерть вояка со знаками различия унтершарфюрера и спущенными штанами. Несложно было догадаться, чем он там занимался. Причинное место прикрывала нательная рубашка.

Фашист трясся от страха, медленно поднимал дрожащие руки и сипло бормотал:

– Найн, найн.

Пастухов колебался. Невелико удовольствие – стрелять в безоружного, да еще и в такой пикантной ситуации.

– Что, Леонид, палец со спускового крючка сорвался? – ехидно поинтересовался Глеб.

А ведь Пастухов так и не выстрелил! Надо же, какие мы изысканные!

Немец тянул в небо руки, бормотал, что стрелять вовсе не обязательно, он никому не скажет.

Глеб отобрал у Пастухова «наган», наставил на немца. В последний момент тот понял, что это все. Глаза его распахнулись до упора. Мертвое тело упало в траву, на собственные испражнения.

– Тебя смутило, что он без штанов? – осведомился Шубин, возвращая наган.

– Вроде того, – смущенно признался боец.

– Привыкай, ситуации случаются разные. Обыскать его не хочешь на предмет документов?

– Не знаю.

Ржал, держась за живот, Юрка Малинович.

Документы из карманов фрица разведчики все же извлекли. Унтершарфюрера звали Томас Грюнде, он нес нелегкую службу в Тридцать четвертом полку войск СС. Чего-то по-настоящему ценного бумаги не сообщали.

Тела бойцы оттащили в кусты, туда же загнали мотоцикл, поставив трансмиссию в нейтральное положение. Малинович в шутку предложил покататься.

Шубин задумался. Может, и вправду?

Но вопрос с переодеванием уже не стоял. Форма фрицев была слишком уж измазана всякой мерзостью. А рассекать на мотоцикле по лесу в собственном облачении – то еще сумасшествие.

Пост тут немцы поставили, видимо, не случайно.

Разведчики снова застыли. В глубине леса пропела автоматная трель.

– Пошли, – распорядился Шубин.

Красноармейцы припустили по дороге размеренной рысью. Метров через двести, когда мерцать на виду стало рискованно, они ушли в лес, залегли за бугром в гуще бурелома и вскоре услышали гул автомобильного мотора.

Шубин лихорадочно отдавал распоряжения:

– Вытянуться в цепь, не вставать, приготовить гранаты!

Приближался гул мотора. Дорога была разбита, водитель постоянно притормаживал, переключал передачи. Мимо залегших разведчиков протащился пыльный двухтонник «Опель», кузов с тентом ходил ходуном. В кабине находился только водитель.