Генерал без армии

Шубин отползал, не чувствуя ног. Товарищи тоже пришли в движение. У озера никого не осталось. Часть пути они просто бежали, потом упали, поползли, дружно перекатились в ложбину, оглушенные, не верящие.

Подобного бойцы не ожидали, до последнего были уверены, что с миссией справятся, что Шубин не подведет. Ведь он такой удачливый! Осознание поражения пришло к ним не сразу. Они сели, тупо уставились на тело Бердыша, заваленное ветками и листвой.

Из деревни донесся шум. Шубин вышел из ступора, забрался на склон.

Оккупанты еще не уехали из Туховеж.

Очевидно, генерал и его спутница уже сидели в кузове грузовика. Вокруг него стоял почетный караул.

Гауптман что-то обсуждал со старостой, фельдфебель переводил. Беседа закончилась к обоюдному согласию сторон, прозвучал зычный крик. Члены экипажей побежали к своим мотоциклам.

Гауптман зашагал к грузовику, запрыгнул в кабину. По окрику мордатого Пахомыча полицейские выстроились в шеренгу, взяли на караул.

Один мотоцикл объехал грузовик, встал во главе. Остальные пристроились сзади. Колонна медленно, волоча за собой клубы пыли, потянулась из деревни, стала карабкаться на холм.

– Товарищ старший лейтенант, неужели смиримся? – жалобно пробормотал Малинович.

Кровь отлила от лица, Шубин его не чувствовал. Такие жертвы, и все напрасно?

Он скатился на дно ложбины, уставился на своих бойцов испытующим взглядом.

– Готовы, товарищи? – спросил Глеб.

Бойцы согласно кивнули. Наступил такой момент, когда о собственной жизни надо было просто забыть.

– Тогда объявляем попытку номер три. Бежим через лес, перекроем им дорогу. Там есть низины, на выезде из которых они сбросят скорость. Малинович, берешь на себя головной мотоцикл, подорвешь его гранатой. Пастухов, отсекаешь тех, кто сзади. Разрешаю истратить все гранаты. А я займусь грузовиком.

– Не то слово, товарищ командир, – ответил Ленька и нервно усмехнулся.

– Патронов не жалеем, но стреляем прицельно. Если поймем, что генерала Власова вытащить не удастся, то нужно будет его… – Глеб замялся.

– Вы серьезно? – с удивлением спросил Малинович.

– А ты головой подумай. Генерал, попавший в плен – позор на нашу армию. Геройски погибший – куда лучше. Ладно, что я вам объясняю? Они уже в лес въезжают.