Чужая семья генерала драконов (СИ)

— Волков? — её глазки расширились.

— Нет, — я качнула головой. — Не их…

Вегарт нахмурился. Поднял руку, и к нам подошли два рослых черноволосых воина.

— Головой за моих отвечаете, — рявкнул он и выдвинулся навстречу отряду.

Впереди творилось нечто странное. Телега въехала на площадь. Женщины заохали. Мужчины старательно отгоняли столпившуюся ребятню.

— Мама, а что там? — Юниль старательно пыталась разглядеть хоть что-нибудь, но из-за маленького роста ничего у нее не выходило.

Зато я видела все.

Меня словно на два года назад откинуло.

Тела, сваленные в кучу. Молодые женщины с длинными густыми волосами. Все красивые. Белокожие. Смерть еще не успела обезобразить их лица. Разорванные платья. Простенькие, домашние. Ткань, пропитанная густой запекшейся кровью. Как же невыносимо она смердела. И раны… Я же видела это. Много раз. Именно так Бирн потрошил своих соперников во время поединков. Снизу вверх острым коротким мечом.

— Отведите меня и дочь домой, — тихо попросила воинов, охраняющих нас.

— Нельзя, — ответил один из них не оборачиваясь. — Приказа не было.

Мне ничего не оставалось, как стоять и отворачивать Юниль, которая все рвалась узнать, что же там такое.

Меня же тихо трясло. Взгляд прикипал к телеге. Вернее, к ее страшному грузу.

Рыжеволосые, светловолосые, чернявенькие.

Женщины были так непохожи друг на друга. И все же я точно знала, что их объединяло — тот, кто их убил.

Знала и это меня пугало. Вот только за чем? За что?

Выдохнув, поморщилась от ужасного запаха свернувшейся крови.

К воинам, охраняющим нас, подошел еще один дракон из отряда.

— Это кто у вас? Кого привезли и откуда? — тихо спросили его мужчины.

Я затаилась, боясь напоминать о себе.

— Случайно натолкнулись на оставленную очередную стоянку молодого ханыма бешеных. Брошенная деревня, — воин махнул рукой с какой-то нескрываемой досадой. — Часа два там крутились, а потом один из наших в главном доме в холодный подпол заглянул, а там вот.

Они разом бросили взгляд на мертвых женщин.

— Сколько их? — еще тише спросил тот, кто стоял ближе ко мне.

— Семь. Молодые, красивые. Жить и жить. Этот паскуденыш, как отец, бабник в доме не заводит. Попользуется молодкой и потрошит. Не хочет бастардов поди. Истинную ждет. Свое происхождение подонку покоя не дает. Сам-то не пойми кем на этот свет извергнут."

"Мужчина смачно сплюнул себе под ноги, у меня же холодным потом спину прошибало. Бирн оказался в разы страшнее отца. Ещё бы.