Чужая семья генерала драконов (СИ)

Здесь так весело! Попробуй победить Льюиса.

Не понимаю почему, но в тот момент, когда Руни сел за стол, меня окутала тревога. Зверь насторожился. Невольно схватившись за руку Вегарта, я всем телом подалась вперёд.

— Волки живут стаей, — тихо шепнул мне генерал. — Никогда прежде я не задумывался над этим. А по вам с Руни это видно сразу. Даже в мелочах.

Я непонимающе взглянула на него. Он как-то снисходительно улыбнулся.

— Ему предстоит схватка — шуточная и с другом. Тем не менее ты готова ринуться туда и поддержать.

Я выдохнула. Его слова быстро дошли до меня, и как-то разом легче стало. Он так просто, в нескольких словах объяснил моё состояние.

— И её, и моё, — я пожала плечами. — Но так было не всегда. Хотя… С того самого дня, как мы объединились в одну семью. Мы с Руни быстро сблизились, и никогда между нами не было ссор или недопонимания.

— Как я и сказал: волки живут стаями. Дружными и крепкими. А бешеные — сворой. Дикой и разрозненной.

Соглашаясь с ним, я кивнула…

— Куда же тебе, Руни? Не потянешь! — прокричал кто-то из деревенских.

Повернувшись к столу, уже спокойнее взглянула на брата. Волчица расслабилась и отступила.

С совершенно невозмутимым видом он сцепил ладонь с ладонью Льюиса и замер. Признаться, я и сама не верила в его победу, но слышать, как принижают брата, оказалось неприятно.

— Эй, молодцы, — прокричал Вегарт, — добавлю кое-чего от себя для стимула к победе. Проигравший завтра весь день торчит на кухне.

И Руни, и Льюис, не сговариваясь, подались вперёд, обхватив свободными руками край стола.

— Всегда умел воодушевлять, — хохотнул мой дракон. — Начинай!

Никода прочистил горло и с расстановкой досчитал до пяти…

Сражение началось. Нет, победитель не определился ни через минуту. Ни через две.

Ладони парней побелели от усилия. С переменным успехом то один, то второй склонял руку соперника на свою сторону, но явного перевеса пока не было. Даже неясно — кто же сильнее.

Руни и Льюис пылали яростью. Уступить другому? О нет… И речи не шло.

Юниль отошла от стола и почесала лоб. Бедная не могла решить, за кого она болеет — за своего ампиратора или любимого дядюшку. Вид у нее был такой расстроенный, хоть плачь.

А между тем народ одобрительно заулюлюкал.

А я от удивления открыла рот. Брат поразил.

— Сила ведуна, — шепнул мне на ушко Вегарт, обжигая кожу дыханием. — Она пробудилась в нем и теперь пытается ужиться со зверем.