Две по цене одной

 — Давай отвезу тебя на работу?

— Э-э-э… может, я на маршрутке лучше…

«Даже в машину сесть не хочет», — совсем загрустил.

— Нам очень нужно поговорить, — попросил глухо.

Ева осмотрелась по сторонам, но в такое раннее утро двор перед многоэтажкой был еще пуст. Никого, кроме дворника на другой стороне детской площадки, располагавшейся позади парковочного ряда, не видно.

— Говори, — попросила, взглядом давая понять, что в салон машины залезать не хочет.

Арам взял Еву под локоть, отвел поближе к джипу, внимательно посмотрел в глаза и принялся каяться.

— Ев, восемь лет назад я тебя очень долго искал…

Рассказал все: как ходил к ее отцу, как искал по знакомым, просил отца о помощи. Об одном умолчал: как больно было узнать, что она с другим,  и как переживал ее «предательство». Не по-мужски это — признаваться в больном.

— …Все эти восемь лет я думал, что ты меня тогда бросила, а потом увидел в отеле, ну и сорвало кукушку. Если бы я изначально знал, что ты тогда уехала с бабушкой, ни за что бы не бросил искать и не женился.

— Я не знаю, что сказать… — покачала головой Ева, явно ошарашенная его утренними признаниями. Так и замерла на месте с открытым ртом.

— Еще хочу сказать... — продолжил Арам. — Ты говорила, что я твердый, как бетонная плита.

Она от этих его слов еще больше опешила:

— Но ты никогда не был со мной мягким, Арам. Ни в школе, ни потом, ни сейчас.

— А ты разреши! Я покажу, каким могу быть, — с нажимом ответил он. — В юности быть вместе не вышло, не получилось. Прости, я не уберег нашу любовь. Но давай наверстаем? Давай сойдемся?

— Но мы уже другие… — ответила Ева надтреснутым голосом. — Я очень сомневаюсь, что из этого может что-то получиться.

— Дай шанс! — проговорил он с нажимом.

— Ну вот видишь, — невесело усмехнулась она. — Ты же даже просить ничего не умеешь, сразу требуешь…

— Сейчас прошу, — проговорил он ласковее.

— О чем?

— Чтобы ты за меня вышла, — развел руками.

— Арам! Ты извини, но… Мне нужен другой муж, понимаешь? Понимающий, адекватный. Я хочу нормальной жизни, а не этих бесконечных разборок и противостояний.

— Я могу быть нормальным! — тут же выпятил вперед грудь Арам.