Драконья тьма

Такого смехотворного зрелища Вихрь не мог припомнить, а Холод кривился, болезненно моргая. Однако за режущим глаз блеском драгоценностей скрывалась невзрачная грязно-бурая чешуя, а морда незнакомца была широкой и приплюснутой.

Земляной дракон? Вихрь задумчиво почесал рога.

Даже дед невольно приоткрыл пасть, наблюдая за позвякивающей на ходу грудой побрякушек. В глазах его мелькнуло раздражение. Должно быть, недоволен, подумал Вихрь, что земляной так явно выставляет напоказ щедро отсыпанное вознаграждение. А может, Стервятнику просто не нравится, когда кто-то выглядит богаче, чем он сам?

– Как устроился, Трясин? – осведомился хозяин с подчёркнутой вежливостью.

– Да уж точно лучше, чем тюремная камера! – бодро отрапортовал земляной, чуть запинаясь, словно читал по написанному.

– Не мог бы ты повторить своё признание для наших дорогих гостей? – Стервятник указал крылом на Вихря с Холодом.

Трясин перевёл на них взгляд и вдруг отшатнулся, звякнув золотыми цепями, и втянул голову в плечи с выражением ужаса.

«Что бы это значило?» – задумался песчаный дракончик.

– Конечно, мой господин! – вытянулся земляной. – Взрывы в оазисах Песчаного королевства организовала королева Ибис и её подданные! – доложил он, старательно отводя глаза от Вихря.

Нет, не может быть, поморщился тот. Зачем так явно лгать?

– Понял теперь? – прищурился дед. – В отличие от Тёрн, я провёл настоящее расследование, точно выяснил, кто нападал на наше племя, и только я способен сплотить его, чтобы дать отпор коварному врагу! Я и мои Когти власти!

Трясин преданно кивнул, вновь зазвенев цепями.

Зачем это земляному? Неужели ради одного богатства? Как деду удалось отыскать предателя, готового на такую подлость – втянуть нас в новую войну, обречь на гибель своих соплеменников, и всё за какие-то побрякушки?

Очевидная же ложь! У королевы Ибис нет никаких причин нападать на песчаных. Земляные и без того хлебнули лиха на прошлой войне.

– Понял, внуґчек? – повторил Стервятник.

Тот развернулся и поспешно, насколько позволяла золотая сбруя, потрусил прочь, а татуированный дракон встал с кресла и шагнул к внуку, величественно выгнув длинную шею и обдавая удушливым ароматом дорогих духов.