Драконья тьма

По милоте ты примерно как малыш-ленивец или… ну, скажем, Тамарин для твоей сестры – просто обожает!

Он снова нырнул, чтобы скрыть счастливую улыбку, затем удивлённо выглянул из воды.

– Погоди… как? Анемона уже кого-то обожает?"

"– Ещё как! – вновь хихикнула радужная. – А ты разве не заметил? Вечно таскается следом, предлагает почитать вслух, дарит цветочки и фрукты всякие. Просто даже простить её хочется… но я на всякий случай присматриваю – мало ли, Тамарин на заклятие нарвётся, как я!

– Да ну, не бойся, – нахмурился Карапакс.

– Хм… ну, поглядим. Всё равно буду присматривать! Анемоне ещё расти и расти, прежде чем Тамарин её заметит!

«Я тоже буду расти и расти!» – пообещал себе Карапакс. Он читал достаточно историй про любовь и примерно представлял, каким требуется стать. Вот забавно получится, если он и сам когда-нибудь попадёт в такой свиток!

«Спасти мир – готово.

Жаркий порыв ветра поднял тучу песка и закрутил над дюнами. Вихрь установил принесённый им камень на место в стене и запрокинул голову, глядя в небо. Безоблачная синева темнела, день сменялся вечером, над горизонтом уже мерцали первые звёзды и поднимались луны.

– Пе-ре-рыв! – прокричал Шестипалый с крыши сокровищницы.

Песчаные драконы потянулись, разминая натруженные мышцы, и двинулись к воде. Восстановительные работы были почти закончены, повреждения, нанесённые крепости и дворцу Стервятником с его Когтями власти и песчаной бурей, вызванной Вихрем, по большей части устранены.

Королева Тёрн, похоже, уже давно стояла рядом с Шестипалым, наблюдая за работой. Сказав что-то своему военачальнику, она перелетела вниз и опустилась рядом с дракончиком.

– Шестипалый говорит, что ты стараешься, – одобрительно кивнула она, протягивая флягу с водой.

– Спасибо, ваше величество.

– Ну и довольно! За тасканием камней твои таланты пропадают зря. Когда собираешься в академию?

– А здесь я разве уже не нужен?

– Когда вернёшься, работы хватит ещё надолго, – сурово хмыкнула Тёрн. – Или ты прячешься от кого-то?

К такой проницательности дракончик готов не был.