Дракон с подарком

Я благородно решила не пререкаться с побежденным противником, обернулась к почти добравшемуся до нас Криспиану и скроила невинную гримаску. Учитывая его внимательность, ситуацию он уже просчитал и взвесил, но дополнительное подтверждение от меня лишним не будет. Поэтому сигналю — недоразумение решено, волноваться не о чем.

Крис… улыбнулся, почти неуловимо. Чуть прыгнули вверх уголки губ. Но уже в следующее мгновение насторожился и посмотрел вверх. Туда, где никак не успокаивались призраки.

— …А я докажу! — от эмоций голос Руперта стал тонким, надтреснутым и одновременно визгливым.

Он зачем-то добавил громкости и весь этот коктейль неприятно ударил по ушам. По залу пронеслись болезненные восклицания. — Мы со Смайсом хотели чуть позже, но чего тянуть…

Над головой грянул непонятный мне, подвывающий речитатив и Верона вдруг дернулся, хватаясь за бок. Но магия была сильнее и из его кармана, вильнув между пальцами, вырвалось нечто… напоминающее то ли темную запятую, то ли коготь.

Это же… мой амулет! Тот самый, который в мою комнату принес вражеский Пузан, а Сиротка не понял, что происходит и отобрал у него опасное украшение.

И я потом никак не могла с ним расстаться, привороженная внутренней магией медальона.

А может и не мой, учитывая, что у ректора Драко нашлось еще две штуки подобных, отобранных у Удильщиков.

Как бы то ни было, меня этот «черный коготь» чуть было не утащил в Источник.

Я едва успела отшатнуться, чтобы избежать касания с волшебным предметом, как со ступеней, где стоял трон, раздался возмущенный женский вопль.

Из сложной прически королевы, вырывая пряди, ракетой взлетел бриллиантовый венец. Чтобы под звон, свист и бормотание призрака тут же распасться на части. Причем большая часть осколков упала вниз, усеивая испуганную Беатрису острыми блестящими крошками. И лишь небольшой элемент, похожий на белую запятую, полетел над головами придворных… сближаясь со своим темным зеркальным отражением.

Две запятые столкнулись в воздухе, дрожа, зависли метрах в трех от пола.

И с громким щелчком соединились в единое целое. Знакомый мне по иному миру знак «Инь-Ян», черно-белый символ единства противоположностей.

Новый амулет засиял так, что пришлось сощуриться, а затем со свистом, под визг разбегающихся аристократов, помчался на сближение с паркетом. Грохнулся оземь.

От него пошла рябь, планки идеально полированного дерева задергались, извиваясь волнами.

— Вот так мы создавали Источники, — загремел гордый голос Руперта. Множась эхом.