Дракон с подарком

Пружина внутри, которая закручивалась последние часы, начала расслабляться.

— Ты в курсе новостей? Я теперь… истинная. Только понять не могу, почему из-за этого мне запретили выходить?

— Уж это точно не причина. Истинная драконица — это чудо и радость. Главное — энергию сбалансировать.

Мы стояли слишком близко и разговаривали тихо, словно были вдвоем. Ой. В комнате еще и Мартэла. Я дернулась. Меня аккуратно погладили по руке и отпустили.

— Представляешь… неожиданно превратилась, — заговорила я громче.

 — И сейчас как-бы… линяю. Папа говорит, что это нормально. Его тоже сюда не пустили, так он под окном стоял, транспаранты показывал — дескать «Все хорошо», а что хорошо — не ясно. Потому что проблемы именно у меня, а Мартэлу-то за компанию закрыли, она отказалась покидать комнату.

— Чтоб я, да что-то интересное пропустила? Не дождутся. — Журналистка фыркнула, деловито пошла к тумбочке и, не глядя на нас, принялась выгружать из нее пакеты с пирожками и печеньем, которыми в промышленных масштабах час назад снабдила нас Вайалет.

 — Кроме того, ты опусы мои слушаешь, сбежать не можешь из закрытого помещения. По этому поводу предлагаю сесть, поделиться нашими приключениями и выслушать новости. Может ты, Таумаран, в курсе, что случилось? Нас даже помыться не отпустили, предложили под конвоем довести. Ничего непонятно, но явно все серьезно.

Мы как завзятые заговорщики собрались за накрытым столом и принялись рассказывать о пережитых событиях. Оказалось, что пока я перекрывала Источник, Криспиан развел бурную деятельность по моему спасению.

Сначала он попытался догнать нас с Хопером, но потерял след и бросился к ректору. Там ему отказали, сообщив, что и так проблем невпроворот, не до болезненной первокурсницы. В итоге Криспиан перевернул вверх дном и кабинет леди Нормы, и жилье Хопера, и даже его лабораторию. Успокоившись только после того, как однокомандник Леманн поделился известием о «деве в Колодце».

— К тебе меня уже не пустили, — сказал он.

 — Даже к Джаге, который потерял силы — можно, а ты полностью под запретом. Пришлось поднимать кое-какие связи.

— И что… — мы с Мартэлой обе затаили дыхание и наклонились к нему поближе.

— А то, — шелестяще раздалось от окна. — Преступница ты, курсант. — Из-под шторки просачивался и обретал полупрозрачную плоть наш уважаемый наставник. Полностью воплотившись, он пригрозил мне пальцем. — Всю академию, по мнению Советника, разрушила. А я и не в курсе.