Право на девочку. Том 2

У них с парнями в этом плане туговато было, ни у кого детей до тридцати так и не появилось. Другие знакомые рассказывали, как им сообщали жены и подруги о беременности. Сначала был шок, потом приходила радость. Или не приходила – это уже кому как повезет.

Мирону такого никогда не говорили.

До сегодняшнего утра…

Растерянность ударила по сознанию ярче, чем злость и ярость, с которыми он за последние недели сроднился.

Мирон моргнул и упустил момент, когда Лида, поддавшись обиде, вздернула подбородок кверху и сделала шаг в сторону двери.

– Я? – сегодняшним утром Мирон Скифский установил личный рекорд по дебильным вопросам.

Но его тоже можно понять! Не каждый день любимая и такая чужая, недоступная девочка говорит, что носит под сердцем ребенка.

ЕГО РЕБЕНКА!

У Мирона перед глазами черные мушки замельтешили.

Он обо всем подумает потом… через минуту… честно… сейчас отойдет… поймет…

Остановит Лиду, которая, черт её возьми, с решительным видом намылилась из комнаты!

Мирон встал у неё на пути.

– Дай. Мне. Пройти.

Негромко, четко выговаривая каждое слово, произнесла Лида.

В глаза ему она не смотрела.

И голос у неё звучал странно… точно дрожал…

– Лида, подожди…

Договорить ему она не позволила.

Вскинула голову, задирая подбородок выше, и яростно заговорила, сверкая глазами, в которых на самом дне затаилась влага.

– Пошел ты на хрен, Скифский, понял? Дай пройти! И… приближаться ко мне больше не смей! Я тебе что-то осталась должна? За половину суток? Или как ты считаешь? Говори, какая сумма! В банке кредит возьму, отдам тебе твои чертовы деньги! Ты…

Договорить не успела.

Ее рванули на себя, девушка не смогла выставить вперед руки, врезалась в мужскую грудь. Врезалась с такой силой, что дыхание сбилось. Восстановить не получилось, потому что Мирон впился в её губы злым поцелуем, не несшим ни удовольствия, ни капли ласки.

Он не позволил.

Не мог позволить.

Ни себе.

Ни ей.

– Всё сказала? – процедил сквозь зубы, разрывая поцелуй, чтобы в следующую секунду снова накинуться на губы Лиды.

Та сопротивлялась. Не пускала его к себе, пыталась вырваться, хотя они оба прекрасно понимали, что она с ним не совладает.