Право на девочку. Том 2

– Не сложилось, – всё тем же ничего не выражающим тоном сказал Мирон, трогаясь дальше.

– Хм… А я даже не знаю, сколько тебе лет.

– Тридцать четыре.

– Мирон, почему ты мне не скажешь замолчать? – Лида, пряча ленивую улыбку, повернула голову в сторону мужчины.

Свет городских фонарей и проезжающих мимо машин бросал тень на лицо водителя. Да и не была Лида знатоком людских эмоций, чтобы разглядеть каждую эмоцию на мужском лице, но довольство рассмотрела.

Мирон его и не скрывал.

Вечер давно перестал был томным. Сейчас приобретал некую изюминку.

Что-то давно забытое. Или даже неиспытанное никогда.

– А надо?

– Наверное. Я же самым наглым образом лезу на твою личную территорию.

– Красивая, я не против. И да, я помню, что в отношении тебя это правило работает от обратного.

Лида скрыла улыбку. Запомнил, значит. Хотя чему она удивляется, Мирон Скифский всё всегда замечает и запоминает. Она тоже поставила галочку в голове.

Они подъехали к большому дому, оформленному в стиле лофт. Охранник на посту поздоровался с Мироном и открыл шлагбаум.

– Как у вас тут серьезно, – заметила Лида, оглядываясь по сторонам. У Лисы квартира тоже была в элитном доме, подруга не уточняла, но, как поняла Лида, это был подарок от её мужчины. Лида нечасто бывала у неё, они встречались или у Лиды, или на нейтральной территории, осенью – в парке у пруда.

О квартире в подобном районе Лида не могла даже мечтать. Красивая детская площадка, зона со спортивными тренажерами, много зелени. Двор без машин. Идеальное место в городе, чтобы прогуливаться с детьми.

Лида постаралась не распыляться. Её снова и снова уводило в другую сторону. Только немного отвлечется, забудет, и тут мысль о беременности вернет девушку в реальность.

Мирон заехал в подземный паркинг. Припарковался. Лида не спешила выходить. Смущение снова овладело девушкой. Если откинуть прошлое и случившееся две недели назад, то у Лиды возникло стойкое ощущение, что она будет спать с Мироном впервые.

Новая квартира… Другой Мирон…

А он ведь другой. Более степенный.

Нет в нем шального надрыва, который чувствовался в первый их день. Когда он жадно осматривал её и трогал так, как может трогать мужчина, у которого не было женщины полгода.

Мирон открыл дверь со стороны Лиды, и девушка, продолжая находиться под воздействием прошлого, не придумала ничего лучшего, чем озвучить мысли вслух:

– Мирон, а у тебя были женщины за эти две недели?

Спросила и тотчас прикусила нижнюю губу, лихорадочно прикидывая, как дальше выпутаться.