Дикий (СИ)

 — Не нужно, не трогай…

Впервые такое видел. Чтобы девка подо мной истерила. Умоляла отпустить. Обычно они умоляли о другом. Выгибались, плавились, сами об меня терлись как кошки.

А эта слезами захлебывалась.

Еще толком не тронул — а выглядело все так, будто живьем ее резал.

Пальцы сами собой разжались. Отпустил. В ахуе смотрел, как она закрыла лицо ладонями, как продолжала рыдать.

И так хуево от этой картины стало. Вся похоть резко пропала.

— Тихо, — бросил ей. — Да тихо ты.

Какого хера она дальше ревет? Как же это, блять, прекратить?

Если бы не менты, я бы надолго завис.

— Вечером придешь в “Картель”, — приказал ей. — Поняла?

По ее взгляду прочел — нихуя. Никуда она не придет.

Но так даже лучше.

— Или я сам тебя найду.

Пробить девчонку не проблема. Знаю, где работает. Раздобыть ее адрес плевое дело. Выпущу пар, мозги прочищу. Вот тогда и нанесу ей личный визит.

Думал, держу все под контролем. Но хуй мне. Это она держала меня за глотку уже тогда.

И сейчас держит.

— Ты ужинать собирался, — говорит Катя.

Смотрит внимательно. Слегка хмурится.

— Да, — подвигаю первую подвернувшуюся тарелку.

Глаз с нее не свожу. Залипаю на то, как она пользуется ножом и вилкой. Ловко, видно, по всем правилам этикета, о которых я ни черта не знаю, но девчонка-то сечет.

У нее четко выходит. Плавно двигаются тонкие длинные пальцы. Узкие ладони прямо порхают. Тянет сжать ее запястья, прижаться губами, ощутить, как взрывается пульс под моим ртом.

Охуенная она. Вся охуенная.

Темные волосы распущены. Влажные после душа. Пряди слегка завиваются, по плечам рассыпаются."

"Такая ее прическа мне намного больше по вкусу чем ее любимая бесячая гулька на затылке. “Бесячая” — потому что так и тянет ее растрепать, намотать шелковистые локоны на кулак.

И очки, которые она надевает, когда работает, тоже бесят. Хочу видеть ее глаза напрямую, вот как теперь. Без стекол.

Зависаю, изучая ее лицо. Брови вразлет. Прямой нос. Каждая черта точно выточена. Скулы. Подбородок. Каждую линию хочется повторить пальцами.

Ебануться. Как же бешено меня от нее прет.

Сначала казалось, это игра. Вызов. Но чем больше времени проходило, тем отчетливее доходила суть.

Замкнуло меня на ней. Крепко. Закоротило так, что очнуться уже нельзя.

Чего только стоила реакция на перестук ее каблуков в коридоре. На любой жест. Выдох. Вдох. Вроде такая нежная с виду. Хрупкая. Но, сука, просто несгибаемая. Уперлась. Закрылась. Хер эту защиту пробьешь.