Девчонки, я приехал!

 — Не часть. Ты на рояле Шопена играешь и всю жизнь на даче прожила! И к самому Меркурьеву звонила, когда тебе помощь понадобилась! Какая же ты часть? Вот Колька и бесится! Да ещё замуж вышла, его не спросила!

Девушки посмотрели друг на друга и прыснули.

— Когда я сказала Серёже про собрание, он велел, чтобы я никого не слушала и ни с кем не спорила.

— Правильно он сказал, — одобрила Мирра. — Не знаешь, когда он приедет?

— Нет. Он говорит — сейчас самое ответственное время.

— Чем он всё же занимается, а?

— Я не знаю, — сказала Надинька.

— И не догадываешься?

Надинька помолчала.

— Догадываюсь, — сказала она наконец. — Но так… довольно смутно.

— Хорошо бы он приехал, — мечтательно проговорила Мирра. — Пришёл на наш факультет и дал лекцию! А Колька чтоб сидел в первом ряду и глазами хлопал!..

— Как ты думаешь, на меня заведут персональное дело?

«Персональное дело» звучало почти так же страшно, как «враг народа», и голос у Надиньки немного дрогнул.

— Вот если Серёжа приедет и даст лекцию, никто ничего не заведёт!

— Мирка, не станет он давать никакую лекцию!

— Тогда не знаю.

Надинька остановилась.

— Правда? — с испугом спросила она. — Могут завести?

— Они всё могут, — сказала Мирра. — Но к тебе трудно всерьёз привязаться. — Она понизила голос. — И год сейчас пятьдесят седьмой, а не тридцать седьмой… Но всё же хорошо было бы, если бы Серёжа приехал…

Дома Надинька застала разор и разгром.

Вещи были увязаны в узлы, мамин портрет пропал со стены, рояль накрыт чехлом, к двери выставлены калоши и боты.

— За обувь ещё не принималась, — озабоченно сказала Агаша. — Что такая бледная?

— Меня пробирали на комсомольском собрании.

— Батюшки-светы! За что же?

— За тебя и за доктора. Что я живу с прислугой, то есть с тобой, и прописала доктора, а он бывший шпион.

Агаша трижды перекрестилась, не удержалась.

— Это кто ж такое удумал?!

— Колька! Помнишь, я тебе рассказывала? Он меня провожал, когда мы с доктором встретились на дачной дороге! Помнишь?

— Как с доктором встретились, помню, а Кольку не помню.

— И ещё за Серёжу! — продолжала Надинька, распаляясь. — Я вышла замуж, а коллектив не знает за кого.

— Так ведь никто не знает, — вставила Агаша. — Бог с ним, с коллективом, я тоже не знаю!..

— Агаша!

— Молчу, молчу…

Надинька немного посидела возле рояля, раздумывая, а потом вскочила и побежала в коридор.

Там ей попалась бабуся Колпакова.