Дикий Кот

В тебе все ультрасексуально, тонко, изяшно… Ох, бля, как кроет!

— Ну и что мне с тобой делать? — выдохнула Дарина.

— Делать ничего не придется. Я сам.

— Семь пятниц на неделе. За мной Савченко приехал, старик из дома на коляске выбрался, а ты тут…

Упрямая же.

— Останься, Савченко организуем посещение. Отнесут хоть на руках. Дарь, это не шуточки. Ты почти просвечиваешься! Ложись на кровать, я все улажу.

— Если ты меня обманешь, Кот, твою шкуру никакое обаяние не спасет!

— Я обаятельный, да? — заулыбался.

— Иди, пошлый. В палату стучат. За мной.

Помог лечь Дарине, она положила телефон на тумбу, достав его из сумочки.

— И вот это пока подождет! — показал пальцем на телефон. — Разговоры, работа, разборки. Все подождет.

***

Пришлось побегать, подсуетиться. Савченко этот еще непростой, с недоверием, внутренним стержнем и собственной позицией. Но к Дарине — по-особенному относится, заметно сразу, там, где в мою сторону разил арктический холод, в ее сторону — теплые лучики были направлены.

Дожился…

Вот теперь я понял, что влип окончательно. Даже не из-за того, что Даря беременна моим ребенком, а из-за вот этого чувства груди, которое заставило меня вернуться и дать Дарине необходимое, когда я решил, что ребенок от другого мужчины, и из-за того, что сейчас было комфортно и хорошо ей, и мне — автоматом тоже на душе теплело.

***

— Савченко — это мой первый настоящий учитель, сколько раз он носом в ошибки тыкал, не щадя и не делая скидку на то, что девчонка, — слабо улыбнулась Дарина.

Я присел рядом с кроватью, взял ее руку в свои, перебирая тонкие пальцы. У Дарины взяли анализы, лечение будет проводиться с учетом беременности, все должно пойти лучшим образом. Я сделаю все, что в моих силах, чтобы так и было!

— А еще? Последний вопрос, потом отдохнешь.

— Еще?

— Да, еще… Не просто наставник.

— Так заметно?

— У вас теплые отношения, почти как у отца с дочерью.

— Я встречалась с его сыном. Мы были уверены, что его родители не в курсе, — улыбнулась. — Так долго были уверены, пока Савченко как-то сам не спросил: “Когда свадьба, молодежь?” Между делом. буднично так. Тогда мы поняли, что конспираторы из нас никудышные. Его сын погиб, мы переживали это вместе, искали поддержку.

Я закивал, хорошо, если так. Внутри немного ревновал.