Девочка Эмина

И набегалась…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Эмин молчит. Понимает, о чем я.

— Умрешь ты, и на меня объявят охоту. Анархист найдет меня.

— Я спрячу надежно. До смерти не найдет, — обещает, не моргая.

— Против системы легче идти вдвоем, — качаю головой, — я хочу остановить его. Вместе с тобой.

Пистолет выскальзывает из моих рук. Уже на предохранителе.

— Зря, Диана.

Вцепляется взглядом в мои пустые руки. Я безоружна. Я не воспользовалась его шансом.

— Второго такого не будет.

— Но мне и не надо.

Делаю шаг. Всего один — его достаточно, чтобы оказаться в объятиях Эмина.

Мама сказала, что Булат был безнадежен.

И я согласилась с тем, что Эмина еще можно спасти.

Если поддаться ему, а не злить.

Если не бежать, а быть рядом — на его стороне, в его руках.

Так он горы свернет ради меня. Если будет знать, что я ему принадлежу.

Я поднимаю голову и тянусь к его лицу.

— Что ты делаешь? — с вызовом смотрит в мои глаза.

А сам руки сжимает у меня под ребрами и челюсти крепче сжимает.

Я хватаюсь за его плечи и дотягиваюсь до губ. Тихо, осторожно. Его напора я не переживу, если все выйдет из-под контроля.

Эмин овладевает моими губами в три счета. Его не устраивает нежность, ему нужен огонь. Эмин — жестокий мужчина. Я знала это с нашей первой встречи. Поздно идти на попятную.

— Пожалуйста, не торопись, — прошу тихо, уклоняясь от его губ.

И он сбавляет напор. Нас резко переворачивает, меня к окну прижимает.

— Диана, ты будешь жалеть, — хрипит в висок, сжимая мое тело в своих руках.

Он говорит, но не позволяет ответить. Воздуха не дает. Близость с Эимном всегда пугает. Не знаешь, чего ожидать — то ли грубости, то ли боли. Иногда подсыпает ложку нежности… иногда.

— Пожалеешь, что снова мне отдалась, — обещает он, — я чувствую твой страх и неуверенность. Нахрена ты это делаешь?!

Он злится, руками меня от себя отстраняет. Но глазами все равно пожирает.

Качаю головой и подаюсь вперед. В его руки.

— Не пожалею.

Запускаю пальцы под его рубашку, нащупывая теплую жесткую грудь.

— Просто скажи мне, что ты не убил ее.

Расстегиваю его рубашку. В губы мольбу шепчу.

— Умоляю, Эмин. Скажи, что ты спас ее. Спас, как и меня. Скажи?

Эмин молчит. Только тело его еще больше напряглось. И останавливаться он, увы, не собирался.