Девчонки, я приехал!

– Гицко увидел Сергея Ильича в приёмной директора Кольцова и от секретаря узнал, что это молодой инженер, жених его дочери. Он встретил Сергея Ильича здесь, на Адмиралтейском заводе, испугался, что тот узнает, что дом Павла Егоровича достался именно ему, да ещё поймёт, что из-за обвинений отец его невесты покончил с собой! Нужно было что-то делать, и Гицко прибегнул к проверенному способу – клевете. Он был уверен, что начальника КБ отстранят от работы, заведут персональное дело и Сергею Ильичу уж точно будет не до того, кого там и где он видел когда-то.

– А как он в генералы-то вышел, если шпион? – спросил парторг ЦК тонким голосом. – На всех углах только и делаем, что кричим – бдительность, бдительность! Не теряйте бдительности! А оно – вон как!..

– Это вопрос сложный, – признался Колокольный. – Ответа на него дать не могу. Знаю только, что полетят головы. Да и забрасывали Гицко давненько, когда мы ещё ничего не умели.

– Да уж, – под нос себе пробормотал директор. – Не умели…

– Да и сейчас дело случайно открылось, – продолжал Колокольный.

"– Вы ещё ни в чём не разобрались, – отчеканил Гицко.

– Сейчас как раз разобрались, – уверил Колокольный. – Вот и всё, товарищи. Мне добавить больше нечего. Забирайте!

И он кивнул тем самым незнакомым людям, которым в первую минуту удивился Сергей Ильич.

– Без рук! – рявкнул Гицко. – Я сам пойду! Я генерал! А вы ещё заплатите, майор.

И пошёл к двери.

Колокольный кивнул, но у самой двери хлопнул себя по лбу и вернулся.

– Есть что добавить!

Он подошёл к Сергею Ильичу и потряс ему руку:

– Поздравляю с законным браком, товарищ инженер!

Октябрь 1957 года, Москва

– Комсомольское собрание факультета предлагает!.. Ты успеваешь записывать, Валя?

– Успеваю, успеваю!

– Комсомолке Кольцовой-Гараниной поставить на вид и вынести устное предупреждение!

– С занесением? – деловито осведомилась Валя, продолжая писать.

– Сказано же – устное! За систематическое превышение… за постоянное становление…

Валя макнула перо в чернильницу и подняла кудрявую голову, ожидая продолжения.

Запнувшийся на формулировке комсорг слегка покраснел.

– В общем, – собравшись с силами, закончил он, – за то, что комсомолка Кольцова…

– Кольцова-Гаранина! – поправили с места.

– Да, Гаранина систематически ставит личное выше общественного!.. Устное предупреждение!..