Четвертое крыло

— Сегодня рано утром, — начал он, и низкий голос разнесся над строем, — на всадника моего крыла жестоко и незаконно напали во сне с целью убить преступники, в основном состоящие из бездраконных.

Воздух заполнился возгласами и перешептываниями, плечи Даина напряглись.

— Как нам всем известно, это нарушение третьей статьи второго раздела Кодекса драконьих всадников и, вдобавок к бесчестью, еще и преступление, караемое смертной казнью. — Его пальцы сжали края трибуны. — Извещенный своим драконом, я помешал нападению вместе с двумя другими всадниками Четвертого крыла, — он опустил подбородок, указывая на наш строй, и двое всадников — Гаррик и Боди — шагнули вперед и затем поднялись по ступенькам, чтобы встать навытяжку за спиной Ксейдена.

— И оба — тиры. Как удобно, — заявила откуда-то из-за спин Ридока и Лиама Надин, одна из наших новеньких.

Я оглянулась через плечо и пригвоздила ее взглядом.

Лиам же молчал и просто смотрел прямо перед собой.

— Но нападение подстроил всадник, сбежавший еще до моего появления, — продолжил Ксейден, повысив голос. — Всадник, который знает, где спят все первогодки, и этот всадник должен предстать перед правосудием немедля.

Проклятье. Сейчас будет плохо.

— Я призываю вас ответить за преступление против кадета Сорренгейл, — взгляд Ксейдена переместился в центр построения.

Весь квадрант затаил дыхание, затем дружно зашумел.

— Какого гребаного… — зарычал Даин.

У меня сдавило грудь. Боги, как я ненавижу, когда Даин невольно доказывает, что я была права.

Рианнон взяла меня за руку и ободряюще сжимала, пока все всадники во дворе переводили взгляды между Ксейденом, Эмбер… и мной.

— А ведь она тоже тир, Надин, — бросил Ридок через плечо. — Или ты предвзята только против меченых?

Семья Эмбер была предана Наварре, поэтому ей не пришлось видеть казнь родителей и получать бунтарскую метку.

— Эмбер не могла, — покачал головой Даин. — Командир крыла не может, — он развернулся ко мне всем телом. — Выйди и скажи, что он врет, Ви.

— Но он не врет, — попыталась я ответить как можно мягче.

— Это невозможно. — Щеки Даина пошли красными пятнами.

— Я же сама там была, Даин.

От его недоверия мне было намного больнее, чем я ожидала, словно врезали по уже настрадавшимся ребрам.