Четвертое крыло

Я все твержу ей, что у меня будет больше шансов на лучшую жизнь в качестве всадника, но она хотела, чтобы я поступил в квадрант целителей."

"— Мои всегда знали, что я хочу этого, поэтому они меня очень поддерживали. Кроме того, у них осталась моя сестра, близняшка, в которой они души не чают. Мечта Рейган уже исполнилась, она замужем и ждет ребенка, — Рианнон оглянулась на меня. — А как насчет тебя? Дай угадаю. С таким именем, могу поспорить, в этом году ты заявилась первой.

— Скорее, это меня заявили.

— Хм, ясно.

— Кстати, всадники и вправду получают куда больше льгот, чем другие офицеры, — сказала я Дилану, когда очередь снова двинулась вверх.

Тем временем меня догнал тот самый кандидат — любитель похмыкать, — вспотевший и красный. Глядите-ка, похоже, теперь кому-то уже не так смешно.

— Им лучше платят, и с униформой не так жестко, — продолжила я.

Всем наплевать, что носят всадники, лишь бы одежда была черной. Единственные правила, которые применимы к всадникам, это те, что я запомнила из Кодекса.

— И право называть себя крутыми ублюдками, — добавила Рианнон.

— И это тоже, — согласилась я. — Почти уверена, что самомнение выдают вместе с летными шмотками.

— А еще я слышал, что всадникам разрешено жениться раньше, чем другим военным, — добавил Дилан.

— Ага. Сразу после выпуска. — Если мы выживем. — Думаю, это как-то связано с желанием продолжить династию.

Большинство успешных всадников продолжают семейное дело.

— Или потому что мы умираем раньше, чем другие воины, — задумчиво проговорила Рианнон.

— Я не умру, — заявил Дилан с гораздо большей уверенностью, чем я ощущала в себе. И вытащил из-за ворота туники цепочку, чтобы показать нам кольцо, висевшее на ней. — Она сказала, что делать предложение до отъезда — это плохая примета, так что мы подождем до выпускного.

Он поцеловал кольцо и отправил его обратно под тунику.

— Следующие три года будут долгими, но они того стоят.

Я сдержала вздох, хотя это, возможно, самая романтичная вещь из всех, что я когда-либо слышала.

— Можно сократить ожидание, — усмехнулся парень позади нас. — Если прыгнуть с парапета, то до дна ущелья рукой подать.

Я молча закатила глаза.

— Заткнись и думай за себя, — огрызнулась Рианнон.

Мы снова поднимались, и ее каблуки звонко щелкали по камню на каждом шагу.

Наконец показался выход — дверной проем, наполненный мутным светом. Мира была права.