Чужими мы (не) стали (СИ)

"

"Папа тихо застонал, и она кинулась, отложив телефон, в котором бездумно листала ленту в социальной сети.

— Пап? Что? Врача позвать? — посмотрела на экран разных цифр, где все казалось китайской грамотой с перепуга. Бросило то в жар, то в холод. Она сорвалась с места, чтобы навести суету, найти дежурного врача.

Раздался странный пшик, будто вылетела пробка. Это полковник Голубев одним рывком сорвал кислородную маску с лица.

— Ма-ша! — отчетливо услышала она, и замерла у выхода. Как в замедленной съемке повернулась, вздрагивая от каждого звука.

«Что делать? Что делать?» — билось моточком по вискам. И помощь надо позвать, и уйти нельзя. Вдруг Мария его больше не услышит и не увидит. Живым.

— Прости, дочь.

Резко сдавило в груди и на глазах Маши поплыли слезы. Что-то безвозвратное творилось. Жуткое. От чего хотелось закричать и забиться в угол. Позвать как в детстве маму.

В странной, вязкой тишине начались слуховые галлюцинации, словно кто-то когтями по кафельной плитке стучит.

Отец, широко распахнув глаза, смотрел не на нее... Куда-то левее, будто видел ""того, кто пришел за всеми ответами сразу.

Смерть Ростиславу послали легкую — просто сердце остановилось.

6.

Опущенные плечи, как надломленные крылья. Кончики коротких волос выбиваются из-под черного платка. Потухший взгляд полный тоски и боли. Два дня прошло с похорон отца, а мама все стоит у окна, словно ждет его... Ростислав вот-вот появится из-за поворота.

— Нина, я пришел! Ставь чайник. Пряников твоих любимых мятных купил.

Мария боялась оставить ее одну. Отпуск взяла на работе. Собрав немного вещей в сумку, переселилась в родительскую квартиру. Мама брала ее руку и гладила как котенка, что-то рассказывала из воспоминаний о нем. Глотала слезы, стараясь держаться... Если не ради себя, то ради дочери. Молчание от Маши — лучшее утешение, честное слово. Она просто кивала. Готовила на двоих.

Все случилось внезапно. Похороны состоялись быстро. Был узкий круг родни.

Сестра отца успела только-только. Максим, нужно отдать ему должное подсуетился с ритуальными услугами. Муж Маши стоял рядом задумчивый, обхватив ее за хрупкие плечи. Она позволяла, просто не замечая ничего вокруг Ее центром внимания был гроб, что исчезал за толстым слоем земли. Крест с фотографией папы в военной форме.