Черный дембель. Часть 1 (СИ)

Подумал: «Интересно, её глазища такие же большие, какими были на той фотографии?»

На четвёртом этаже я снова взглянул на часы. Качнул головой, решительно вдавил кнопку дверного звонка. Глубоко вдохнул — привыкшее к армейским марш-броскам сердце уже успокоилось. Я почувствовал в воздухе аромат жареных семян подсолнечника (живот отреагировал на него жалобным урчанием). А ещё я уловил почти развеявшийся душок дешёвого мужского одеколона. В голове промелькнула мысль: «А не отелло ли с пятого этажа его оставил, когда рванул с утра пораньше на аэродром?» Я нетерпеливо переступил с ноги на ногу.

Глазка на двери не обнаружил. Прислушался — различил за дверью бормотание радиоприёмника. Окинул дверь взглядом; признал её не самой прочной, но и далеко не хлипкой преградой. Поспешно снял берет и сунул его за поясной ремень.

Дверь распахнули резко и широко — не скрипнули петли, не звякнул замок. Запах семечек усилился — он полностью заглушил душок одеколона. Я увидел у порога квартиры худую девицу в украшенном мелкими цветочками ситцевом халате — высокую: лишь на десяток сантиметров пониже меня.

«Встанет на каблуки, и будет со мной почти вровень, — промелькнула неуместная сейчас мысль. — Волейболистка. Или манекенщица». Я улыбнулся: вспомнил, что в семьдесят третьем году манекенщиц в Новосоветске не было. Девчонка вопросительно вскинула тёмные брови, уставилась на меня широко открытыми карими глазами. «Елена Котова, — подумал я. — Точно: она. Взгляд, как на той фотографии. Причёска только другая».

— Здравствуйте, — сказала девица. — Вы к кому?

Хозяйка квартиры тряхнула каштановыми кудрями, гипнотизировала меня пристальным взглядом. «Ищут пожарные, ищет милиция, — вновь зазвучали у меня в голове слова из стихотворения Маршака, — ищут фотографы в нашей столице, ищут давно, но не могут найти парня какого-то лет двадцати…» Отметил, что у Котовой приятный, но совершенно незнакомый мне голос: в «той» жизни я его ни разу не слышал. Подумал, что в жизни (или при жизни?) девица выглядела ничуть не хуже, чем на том чёрно-белом фото, которое я видел на её надгробии.

Шагнул к девчонке, присел и обхватил руками её бёдра. Девица испуганно взвизгнула. Я резко встал и перекинул её через плечо — перед глазами мелькнули женские щиколотки. Почувствовал удар в спину.

— К тебе, Леночка, пришёл, — ответил я, — к тебе.

Девчонка закричала:

— Что ты делаешь?! Отпусти меня!

— Некогда объяснять. Расслабься. И потерпи.