Чего желает джентльмен

 – Я ни о чем подобном не имела понятия! – Она махнула рукой, поясняя, что имеет в виду: безупречный сад, роскошный дом, сервиз тончайшего китайского фарфора. – Он ничего не рассказывал о своей жизни. А я совершенно не привыкла к такой роскоши.

Брови Розалинды поползли вверх. Селия, сделав большие глаза, решительно отставила чашку. Ханна прикусила губу и приняла вид оскорбленной невинности.

– Господи! – ахнула Розалинда. – Должно быть, Маркус совсем потерял голову. Так вы даже не подозревали, что он герцог? – Ханна покачала головой, а Розалинда, кажется, даже обрадовалась и заулыбалась.

– Да… Он сказал мне… когда я приехала в Лондон, – неуверенно ответила Ханна.

С самого начала ее план дал осечку. Расстроенная, она наклонилась к Молли, чтобы вытереть ей подбородок, хотя дочь самозабвенно поедала пирожные с вареньем и совершенно не замечала смущения матери.

Селия тихо засмеялась.

– Должно быть, Маркус безумно влюбился! – воскликнула она, обращаясь к Розалинде.

При мысли о том, что Эксетер может влюбиться, особенно в нее, Ханна бросила на стол салфетку.

– Он должен был меня предупредить, – твердо сказала она. – Я почувствовала себя оскорбленной. И мы поссорились.

– Напротив, вы должны быть польщены. Как правило, Маркус не забывает о своем положении. И если он дал вам повод думать, будто является обычным джентльменом, ему пришлось смирить свою гордость.

– Это была ужасная ссора, – в отчаянии гнула свое Ханна. – Не знаю, смогу ли его простить. Должно быть, вы обратили внимание, каким холодным он был сегодня утром? Он хочет, чтобы я уехала. Не знаю, сможем ли мы после этого оставаться мужем и женой. Возможно, наш брак – серьезная ошибка.

Но Розалинда лишь махнула рукой.

– Маркус никогда не проявляет чувств в присутствии посторонних.

Ханна вышла из-за стола.

– Нет, я… не стану об этом говорить! – Она была очень расстроена.

– Конечно нет, – кивнула Селия. – Мама, сначала нужно проехаться по магазинам.