Босс с прицепом

Окутало приятным ароматом туалетной воды, легким, едва заметным. В ту же минуту на мою талию легла мужская рука.

– Готово, я вас поймал, – голос босса раздался прямо над ухом.

Горячее дыхание скользнуло по шее, шевельнув волосы на затылке. И в кромешной тьме стоять вот так вот рядом, близко-близко, было почему-то безумно приятно и… волнительно. По крайне мере, я в тот момент совершенно точно волновалась. Сердце колотилось как ненормальное, внутри стало так жарко, что я теперь сама могла запросто обогреть целую улицу вместо того хваленого газового котла.

Оказывается, в полной темноте, когда совсем ничего не видно, все другие ощущения становятся ярче, сильнее в тысячу раз. Я так остро чувствовала его прикосновения, словно на мне вовсе не было одежды… Одна горячая и сильная рука продолжала поддерживать меня за талию, вторая скользнула по плечу, едва касаясь пальцами разгоряченной кожи. И под этими легкими и прохладными пальцами кожа моментально покрывалась мурашками. Голова кружилась, коленки подгибались, и я ужасно боялась, что он разгадает, поймет, что со мной сейчас творится.

Я хотела, чтоб это скорее закончилось! Я не хотела, чтоб это заканчивалось… Я вообще не знала, чего я хочу, просто плыла в каком-то сладком дурмане. И – подумать только! – всего лишь от одного прикосновения.

Прохладные пальцы скользнули вниз по руке и дотронулись до моей ладони.

– Можем идти? – спросил он, мягко сжав ее в своей, большой и теплой.

– Я не знаю… – прошептала я странно охрипшим голосом и тут же поправилась: – Не знаю, в каком направлении нужно двигаться.

Еще бы. Ориентироваться в темном подвале и так было сложно. А уж после того, как мне голову кружило, словно на карусели, я и вовсе перестала соображать, где может находиться дверь на лестницу.

– Я нас выведу, ничего не бойтесь, – голос Кирилла Владимировича звучал так уверенно, будто он каждый день только и делал, что выводил девушек из темных подземелий.

В ответ я молча кивнула. Ага, в полной темноте. Но каким-то образ босс все же понял, что я готова к освобождению. Не отпуская меня, сделал несколько медленных неуверенных шагов, и мне пришлось двинуться вместе с ним.

Совсем скоро он остановился и прокомментировал:

– Ну, вот и выход!

И отпустил мою руку.

В следующее мгновение темнота отступила, сквозь открытую дверь на лестницу пробился неуверенный тусклый свет. Мы были спасены.