Боярышня Дуняша 2

Ну точно, поддел! — Или думала, что она озолотит тебя?! — с насмешкой спросил её князь и Дуня сразу же отреагировала. Она вскинулась, ударила себя кулаком в грудь:

— Да я… — но тут дед дернул её за рукав, и она пробубнила:

— Так получилось.

— Хм, — Иван Васильевич смотрел на неё, а она разглядывала носы своих туфелек.

Точнее, не туфельки, а войлочные тапочки с подошвой из лосиной шкуры. Наспех успели расшить цветными нитками и получилось красиво. Даже краше, чем если бы бисером вышивали. Его поди разгляди, а толстые цветные ниточки хорошо видны.

Дуня разглядывала вышитые цветочки и совершенно не понимала, как надо вести себя. Вот князь даже не заморачивается в этом вопросе, а она вся в сомнениях! А он продолжал говорить и даже будто бы упрекал её:

— Настоятельница снизила стоимость на перья и говорит, что теперь может делать их сотнями. Мне донесли, что у неё есть секрет по их быстрому изготовлению.

Дуне потребовалось мгновение, чтобы сообразить о каком секрете идёт речь, и она невольно расплылась в улыбке, сообразив, что сейчас её будут расспрашивать об этом секрете.

Настроение поднялось и она, приосанившись, выжидающе и многозначительно посмотрела на князя. Тот хмыкнул:

— Вижу, что знаешь.

— Ведаю, — чинно согласилась она и на всякий случай склонила голову. Мол, смотри, какая я приличная и хорошая девочка!

— Скажешь?

Дуню разрывало на части. Одна стремилась выдать все секреты и получить тысячу… сотню… ну, хотя бы одну благодарность и оказаться на хорошем счету.

Другая напоминала, что семья в беде, а прижимистый князь скорее сочтёт её за дурочку, не умеющую вести хозяйство, если она за так рассекретится.

— От чего же не сказать, — медленно протянула она, проследив за полетом тяжёлой жирной мухи. Как ни странно, но этот летящий бегемот помог ей успокоиться. — Скажу… когда смогу продать всю брусчатку, — значительно закончила она, а потом добавила, чтобы князь точно понял, что ей необходим тот, кто разрешит её проблему с продажей:

— А то дед доверил мне дело, а я никак не могу справиться с ним.

"

"— Дунька! — осадил её Еремей, но она по его тону поняла, что дед ради приличия строжил её. Он же тот ещё прохиндей и сейчас просто боится за неё, но одобряет её заход.

— И сколько у тебя брусчатки?

— На двести рублей скопилось, — Дуня взяла с запасом. Если получится выбить заказ, то за месяц-два-три Якимка заготовит недостающее.

— Дороговато.

Дед тут же согласно закивал, показывая, что солидарен с князем.