Блейз Уиндхем

Геарта проснулась, выпила немного вина и съела смоченный в нем кусочек хлеба, прежде чем вновь задремать. Капитан велел одному из младших слуг сесть в экипаж и присматривать за выздоравливающей горничной.

— Нельзя оставлять ее одну, миледи, — объяснил он, и Блейз согласилась.

Кавалькада снова двинулась в путь, и сначала ветер освежил Блейз, но к вечеру, когда солнце уже снижалось над холмами, ей снова стало жарко. Более того — жар усиливался с каждой минутой, а по спине побежали струйки пота.

— Энтони! — Она едва услышала собственный голос сквозь топот копыт.

 — Энтони! — У нее закружилась голова, она чуть не выпустила поводья и обмякла, прижавшись к лошадиной шее. Один из слуг, ехавших позади нее, бросился вперед, доложить эрлу.

Энтони обернулся на отчаянный крик слуги и увидел, что Блейз с трудом удерживается в седле. Осадив коня, он подхватил болтающиеся поводья лошади Блейз, спешился и успел поймать ее за секунду до того, как Блейз свалилась на землю.

— Блейз! Блейз! — растерянно звал он.

 — Что с тобой, мой ангел?

— Жарко, — пробормотала Блейз, не открывая глаз. — Мне так жарко. Тони.

— О Господи… — прошептал Тони, — у нее потница!

— Давайте я отнесу ее в экипаж, милорд. Не хватало еще, чтобы и вы заразились! — предложил капитан.

— Нет, я не заражусь, — возразил его хозяин. — Я перенес потницу в юности. — Он отнес Блейз в экипаж и положил на сиденье.

Путешествие продолжалось, но на этот раз с лихорадочной поспешностью. Геарта понемногу поправлялась, а Блейз только начинала бороться с болезнью.

Требовалось как можно скорее доставить ее домой. Капитан отправил вперед двух посыльных, чтобы предупредить слуг.

Взошла луна и ярко осветила дорогу. Постепенно местность вокруг становилась все более знакомой, и наконец впереди появились владения Лэнгфорда. Кавалькада галопом пронеслась через спящие деревни, торопясь доставить свой драгоценный груз домой и избрав более короткую дорогу вдоль реки. Воды Уая, посеребренные лунным светом, создавали иллюзию покоя.

Наконец впереди показался дом с освещенными окнами — в Риверс-Эдже с тревогой ожидали прибытия хозяев.

Слуги высыпали из дома, едва они подъехали к крыльцу. Дверцы экипажа распахнули прежде, чем Энтони успел спешиться, бережные руки подхватили графиню и вынесли ее наружу, а затем помогли слабой Геарте.

Блейз унесли в ее спальню и уложили в заранее приготовленную постель. Рой служанок суетился вокруг, раздевая Блейз и переодевая в сухую рубашку.