Благородство и страсть

– А зачем ему знать об этом? – осклабившись и продолжая шарить руками по ее телу, спросил Файли.

Монкс нахмурился:

– А ты не боишься, что она все расскажет? Ты видел хоть одну женщину, которая держит рот на замке?

– Может, ты и прав. – В голосе Файли послышалось сожаление. Еще один болезненный щипок, и его рука вылезла из ее платья.

Грейс казалось, что эти отвратительные руки часами мучили ее тело. Она чувствовала себя грязной и… оскверненной.

Прошла, наверное, еще целая минута, и только после этого Файли, наконец, отошел от нее.

Наконец она осталась одна. Прикусив губу, чтобы подавить рыдания, Грейс открыла глаза.

Она обнаружила, что находится в довольно уютной комнате, стены которой выкрашены в белый цвет. Две двери: одна, видимо, заперта, а вторая приоткрыта, и за ней виднелся утопающий в зелени сад, залитый ярким солнечным светом. Грейс обрадовалась. Значит, где-то поблизости люди, и, возможно, не все так безнадежно.

Расслабление, вызванное в ее организме опием, постепенно проходило, и она чувствовала, как к ней возвращаются силы. Мысли Грейс вернулись к разговору двух незнакомцев, которые минуту назад стояли около нее. Выходит, ее привезли к какому-то аристократу, который не отличается особой чистоплотностью и собирается использовать ее для совершенно определенных целей. А потом он отдаст ее в руки этих двух мерзавцев.

Ей нужно выбираться отсюда. И как можно скорее. Очень скоро ее мучители вернутся за ней. Вполне возможно, не одни, а в компании этого лорда Джона, который так интересуется «чистенькими, свеженькими шлюхами».

От опия у нее во рту оставался неприятный привкус, и ей нестерпимо хотелось пить. Господи, почему это с ней случилось? Ведь она должна была встретиться со своим кузеном и вместе с ним отправиться к нему домой. Если бы он пришел за ней, если бы не опоздал…

Грейс снова заплакала и попыталась освободиться от тонких кожаных ремней, которыми были связаны ее руки и ноги.

– Так ничего не получится, – тихо проговорил мужчина, вошедший в комнату из сада. – Меня тоже связывали такими ремнями. Они слишком крепкие, чтобы их можно было вот так просто разорвать.

Она быстро приподняла голову и посмотрела на высокую фигуру, вырисовывающуюся темным силуэтом на фоне залитого солнцем дверного проема.