Бездушный

— Вкусно? — интересуется у меня.

— У тебя всегда вкусно, — киваю.

— Вам, Роберт Станиславович, надо еще МРТ головы сделать. Вы точно ей сегодня не ударились? — хитро улыбается.

И эта озорная улыбка, и игривый, немного язвительный тон меня тоже в ней привлекли. Потому что Маша настоящая и живая. Мне этого не хватало.

— Откуда такие выводы?

— Раньше вы не хвалили мою еду, всячески от нее отказывались и уж точно не просили остаться с вами.

— Раньше я этого тоже хотел, но пытался отрицать.

— И что же изменилось сейчас?

— Решил не лгать себе.

— Ясно, — кивает, закусывая губы.

Дальше молчим. Я ем, Маша смотрит в окно, попивая чай. И мне комфортно с ней молчать.

Доедаю, сам убираю грязную посуду в раковину, пока Маша наливает мне чай. Снова сажусь напротив нее.

— Можешь больше ничего не бояться. Твою проблему я решил. Документы на твою квартиру у меня в офисе, завтра привезу. Ты никому ничего не должна, и никто тебя больше не тронет. Гарантирую, — сообщаю ей я.

— Правда? — распахивает глаза. — А как?

— Ну зачем тебе знать подробности?

— Я всё-таки хотела бы знать.

— Да ну, всё банально просто, хоть и страшно... Денег твой отчим был действительно должен. Процентов Тарас накрутил, конечно, нереальных. Мог отжать вашу квартиру и успокоиться – старая схема. Только он еще занимался продажей девочек за границу. В основном девочки знали, на что идут, куда и зачем едут. Но бывали и насильственные отправки. Последнее время заказчики живого товара стали привередливые. Ведь добровольно торговать телом едут в основном прожженные шлюшки.

— То есть, если бы не ты, меня бы все равно нашли и продали? — сглатывает Маша.

Стискиваю челюсть. Да, ее продали бы. И только бог знает, что было бы с девочкой. И от этой мысли меня тоже уже неделю триггерит.

— Маш, давай не будем думать, что было бы... Всё хорошо.

— Спасибо. Без тебя бы я.… — снова сглатывает, меняясь в лице.

— Не нужно меня благодарить. Я сделал то, что должен.

— Ты ничего мне не должен.

— Позволь это мне решать.