Без предела

Я думаю, может, птица – это Ширли? Возможно, у нее есть какая-то причина сеять тревогу в нашей Академии… Как тебе кажется, может быть такое? Она говорила что-нибудь, что могло создать напряжение? Как будто ее энергия вошла в противофазу с нашими энергиями?

Валентина качала головой, по всей видимости, совершенно обезоруженная.

– Эта ее история про подругу не может оказаться обыкновенной выдумкой? Или ты веришь ей? Мы ведь на самом деле совсем ничего про нее не знаем, или я ошибаюсь?"

"Валентина вновь затрясла головой – теперь не с таким рвением, как прежде.

– Пирьо, я не знаю, что сказать. Я совсем запуталась… Извините меня за то, что пришла. Просто я все еще расстроена тем, как легко Малена предала всех нас. И когда мне приснился этот сон, а Ширли рассказала про Ванду, которая…

Пирьо встала, обошла вокруг стола и легким успокаивающим жестом положила руку на дрожащее плечо Валентины.

Когда женщина покинула кабинет, Пирьо тяжело опустилась в кресло, опираясь на письменный стол. Ее руки были сжаты в кулаки.

Если датская полиция выйдет на них – а рано или поздно этого не миновать, тут лишь вопрос времени, – в Академии не должно оставаться ничего позволяющего усомниться в том, что все действия здесь направлены лишь на духовное очищение и являются следствием высших этических помыслов. В том, что все люди, возглавляющие предприятие, то есть она сама, Ату и их ближайшие помощники, не только сейчас, но и всегда трудились на благо человека. Чтобы даже мысли нельзя было допустить, что кто-то из них, пускай даже в далеком прошлом, дал повод для чьих-то страданий.

Исходя из вышеперечисленного, ни Ширли, ни Валентины не должно было оказаться поблизости, когда тут объявятся легавые. Во что бы то ни стало этих женщин следовало каким-то образом обезвредить.

Выпрямившись, Пирьо в утешительном жесте сложила руки на выпяченном животе.

– Мама позаботится о тебе и твоем папе, обещаю, мое сокровище, – сказала она. – Ни один враг не приблизится к вам, мамочка не допустит этого. Ни за что!

Конечно, Пирьо прекрасно понимала, какие последствия могли ожидать ее в противном случае.

По ее оценкам, Валентина не представляла серьезной угрозы, эту особу можно было в любой момент отправить за границу с каким-нибудь поручением. А вот с Ширли дела обстояли хуже, особенно учитывая, что она потихоньку начала обзаводиться друзьями. Тем более продолжала упорствовать в своих теориях и сеять сомнение.

Пирьо подняла голову, когда вновь раздался стук в дверь.