Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Это Германия, Китай, Украина, ну и, конечно же, Россия, которая помогла соседям согласно договору о взаимопомощи в рамках отдельного экономического союза. Были некоторые потери у Франции, но их удалось минимизировать. Остаётся решить мусульманский вопрос в этих странах. Постоянные бунты сильно влияют на экономику стран, однако идею России помочь депортировать их из страны Франция пока отвергает, но Германия начала переговоры…»

* * *Видимо, пришел в себя я достаточно быстро, так как очнулся в движущейся машине. Сбоку ко мне кто-то прижимался, на ноги давила тяжесть.

Рядом лежал Гоголев, он был в сознании, отсвечивая покраснением на скуле, будущим синяком. Хоть и крепко связан нейлоновой веревкой, даже кляп во рту торчал. На ногах у меня безвольно лежал Успенский, видимо тоже вырубленный.

Поймав взгляд Гоголева и воспользовавшись тем, что у меня кляпа не было, виновато ответил на его возмущение:

– Накладочка вышла.

Лежали мы в кузове, привалившись к заднему сиденью. Гопники, что нас поймали, меня, похоже, не слышали.

– Подождем, вроде все-таки наши, – негромко сказал я.

Ждать долго не пришлось. Буквально через пять минут дорога из плохой стала еще хуже. Громко выл мотор на высоких оборотах, вездеход пару раз протащило юзом, и вот, захрустев щебнем, мы где-то остановились.

Захлопали двери, и послышались голоса вроде как на китайском. Судя по тону, шел доклад. После нескольких команд задняя дверца распахнулась и появившиеся непонятные китайцы вытащили нас на свет.

Сомнений не было. Мы оказались во временном войсковом лагере. Множество палаток и парк техники. Я могу ошибиться, но, кажется, мы попали к танкистам. Между двух палаток были видны боевые машины с активной защитой на броне. Они сильно походили на «восьмидесятки», но все-таки имели некоторые отличия. Судя по количеству техники, точно танкисты. Грозных машин, что я успел рассмотреть, было больше тридцати. Чуть в сторону, работая локатором, стояла зенитка на гусеничном ходу, рядом за палаткой, судя по торчащим стволам, находилась похожая.

Больше рассмотреть не успел, меня дернули за шиворот шинели и потащили в большую штабную палатку. Спотыкаясь, я последовал за конвоиром, сзади шел Гоголев, Успенский остался в машине – он так и не пришел в себя. Что мне понравилось, так это то, что к машине поспешил раскосый солдатик с медицинской сумкой. Серьезно у них тут все поставлено. Дисциплина на уровне.