Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Один из снарядов разорвался метрах в сорока, осыпав щель комьями земли."

"– Ты там был? – поинтересовался старший лейтенант Скворец. Сам он посадил на свое место сержанта, решив также корректировать огонь своих самоходок из окопа с помощью окопной трубы. Благо выносная радиостанция у них была.

– Был! – кивнул лейтенант. – Я с начала войны воюю. Еще когда немцы первыми начали артподготовку, мы им стали отвечать!

– И как это было?

– Да обычно. Подняли за три часа, вручили карты с местоположениями вражеских войск, велели приготовить дивизион к бою и ждать.

А когда немцы открыли огонь по пустым казармам, мы и ответили. Дальше рутина. Передвигались с места на место, прятались от авиации, стреляли, стреляли и стреляли.

– Понятно… Черт, близко лег! – отряхнув воротник, недовольно крикнул Скворец. – Вы отвечать будете?

– Только по приказу! – отрицательно покачал головой лейтенант.

Артобстрел шел более часа, видимо, недостатка в боеприпасах у противника не было. Авиация противника в небе не появлялась, наши летчики хорошо прикрывали воздушное пространство над Минском.

Летеха раз десять посылал связного по переходам к полковнику, не доверяя телефону, узнать, когда можно ответить, но возвращался тот с одним и тем же: огня не открывать.

– И чего тянут? Я уже все засек, звукари отработали по полной. Против нас восемь батарей и два дивизиона работают, – недовольно пробормотал лейтенант, когда артобстрел внезапно стих.

– Чего! – громко переспросил Скворец. Несколько последних снарядов легли очень близко, из-за чего все, кто был на НП, слегка оглохли.

– Я говорю: ответный огонь открывать пора!

– Понял! Не, рано, только когда мы начнем, до этого ни-ни! Понял?

– Понял.

– Пойду проверю, как там мои, – крикнул Скворец и быстро скрылся за поворотом окопа.

Танкисты спокойно наблюдали за приближением пехоты. Шли они по всем правилам, где перебежками, где рывком от укрытия к укрытию.

Вот открыл огонь взвод прикрытия, четыре пулемета прошлись по залегшим цепям. Почти мгновенно заработали ротные минометы противника, пытаясь подавить пулеметы.

Всего Куницын не видел. Батальон был растянут тоненькой ниточкой на два километра, и наблюдать он мог только по двести метров с каждой стороны, но и того, что он видел, хватало. Бойцы спецбата не особо торопились поднять свое оружие на бруствер, а терпеливо ожидали приказа.

– Что-то молчит этот спецбат, товарищ капитан. Оружие ближнего действия? – поинтересовался вернувшийся Скворец у капитана Куницына.