Аномалия - Первый фронт. Второй фронт. Третий фронт

Мы сели, и, пока никто ничего не успел сказать, я решил брать быка за рога:

– Ну что, начнем?

Двое неизвестных, которых почему-то сразу не представили, видимо, по приказу Николая Первого, оказались генералом-фельдмаршалом Паскевичем и министром финансов графом Киселевым. Очевидно, это были его доверенные лица. Выпив сока, – император и придворные почему-то удивились, что я не пью, и лакеи принесли яблочного сока, – я осмотрелся. Правитель со своими людьми продолжали беседовать с профессором, мы же с адмиралом лениво переговаривались, не участвуя в разговоре.

Закончили они только через три дня, я вообще-то на два рассчитывал, но и так пойдет.

– Прошу вас Александр Геннадьевич, присаживайтесь, – указал государь на кресло перед собой.

Нас теперь разделял только маленький столик, поэтому, открыв сумку, я достал ТТ и, покачав его в руке, протянул императору со словами:

– Это вам подарок от меня лично.

Император принял его с охотой, я бы даже сказал, с очень большой охотой, так как уже получил сведения о прорыве на военном поприще. Быстро показав, как разбирать оружие и снаряжать его, я положил на столик кобуру и два магазина.

– Патронов, извините, много дать не могу, но пятьдесят штук у нас есть, – сказал я, высыпая их на столик.

– Я так понимаю, вы считаете меня обязанным за этот подарок? – с лукавой улыбкой спросил государь.

– Ну что вы из меня англичанина делаете, это ведь их суть, подкупами решать свои проблемы… но в этот раз вы правы, вернемся к этому разговору попозже?"

"– Хорошо. Но теперь я готов выслушать вас, у вас ведь есть какое-то предложение? Судя по тем движущимся картинкам в вашем механизме, это предложение будет интересным.

– Ну да. Как вы уже знаете, есть двухсторонний переход от вас к нам и наоборот; возможно, это поможет дальнейшему сотрудничеству.

– То есть вы метите в союзники? – поморщившись, спросил император.

– Да.

– Мне не доставит удовольствия общаться с теми, кто убил моих потомков.

«Уф, молодец, профессор, смог повлиять на императора. Выложил будущее так, чтобы он не сильно разгневался. Молодец».