Альфа напрокат

– Богдан Алексеевич, вы хотели услышать мой ответ, – громко произнесла я, и сама поразилась тому, как ровно прозвучал мой голос. – Так вот. Я очень благодарна вам за то время, что мы провели вместе…

Бли-и-ин, каким высоким слогом говорим, а, Марусь?

– За наши увлекательные прогулки и интересные беседы.

Я остановилась, стараясь подобрать нужные слова, чтобы не обидеть Елецкого и не приобрести в его лице врага. Все-таки земля круглая, мало ли, чем аукнется нам с Русланом мой отказ?

– Но? – Елецкий окинул меня тяжелым взглядом.

– Я польщена вашим предложением, Богдан Алексеевич, но не могу его принять. Простите, – тихо ответила я.

– На твоем месте, я бы хорошенько подумал, Мари, – попытался уговорить меня мужчина. – Я мог бы дать твоему ребенку очень многое.

– Но не больше, чем сможет дать ему родной отец, – негромко произнес Берцев и, глядя прямо мне в глаза, спросил: – Маша, ты выйдешь за меня?

Я посмотрела на Руса. Он выглядел спокойным и невозмутимым, но я заметила, каким напряженным стал его взгляд.

Волнуется. Как бы ни пытался показать обратное.

Надо же… Родной отец.

Интересно, как давно он понял?

И ведь молчал.

– Мари? – поторопил меня Берцев.

Елецкий тоже напряженно замер, в ожидании моего ответа.

Что ж, Маруся, решайся. Давай. Ты ведь никогда не была трусихой! Не позволяй прошлому испортить тебе жизнь. Надо верить в лучшее.

А-а, гори оно все синим пламенем!

– Да, Рус, – четко выговорила я, отмахнувшись от надоедливых сомнений.

В тот же миг я оказалась притиснута к крепкой груди партнера.

– Спасибо, – тихо прошептал Рус. – Ты не пожалеешь, Мари.

Я лишь молча обняла Руслана и уткнулась носом в мягкую ткань его джемпера.

Ага. Осталось только слезу пустить. Прекращай, Марусь! Испортишь партнеру свитер, а он дорогой, небось.

– Что ж, – задумчиво посмотрел на нас Елецкий. – Не получилось. Видно, не судьба, – подытожил он, с достоинством принимая свое поражение. – Жаль.

Да-а. Умеет мужик держать удар. Ни один мускул на лице не дрогнул.

Богдан взял со стула свое пальто и направился к выходу."

"– И все-таки, Бер, ты даже не представляешь, как тебе повезло, – остановившись на пороге, обернулся мужчина. – Береги жену. А вам, Мари, я желаю всего самого лучшего. Мешать вашему счастью я не буду, – добавил он и, больше не оглядываясь, вышел из комнаты.

– Не думала, что все закончится так мирно, – хмыкнула я, подняв глаза на Руса.