Адвокат Империи 11

Власть и могущество должны идти рука об руку с тишиной и опаской. Сила должна внушать людям страх перед ней одним лишь фактом своего существования, а не помпезными изысками архитектуры. Впрочем, порой и они бывают полезны. А Николай Меньшиков давно привык использовать для своей работы то, что может быть полезно.

Несмотря на это, князь с куда большим удовольствием встретился бы со своим господином в его загородном имении, где тот проводил выходные в уединении в кругу своей семьи.

К сожалению, сейчас такой возможности у него не было.

Идущий впереди слуга подошёл к высоким двустворчатым дверям и раскрыл их, после чего отошёл в сторону, склонив голову в почтительном поклоне.

— Прошу вас, ваше высочество.

Меньшиков ограничился кивком в ответ и зашёл в кабинет, услышав, как слуга закрыл дверь за его спиной.

Комната была огромной. Около семидесяти или восьмидесяти квадратных метров. Возможно, даже больше. А высокие, под четыре с лишним метра, потолки только добавляли помещению пространства.

Сидящий в кресле за массивным рабочим столом мужчина поднял голову, оторвав свой взгляд от бумаг, и посмотрел на вошедшего.

— Ваше императорское величество, — произнес Меньшиков, с искренним уважением и поклонился.

— Проходи, Николай, — отозвался император, вновь опуская взгляд к своим бумагам.

В ответ на это Николай не сказал ни слова. Лишь отошёл в дальнюю часть кабинета, туда, где среди высоких книжных шкафов стоял диван с парой кресел и низкий кофейный столик.

— Хочешь что-нибудь, Николай? — император будто бы заметил его взгляд. — Может быть, кофе?

— Нет, ваше величество, благодарю. У меня скоро самолёт, и я хотел бы поспать в полёте.

Император лишь задумчиво хмыкнул в ответ, поставив последнюю подпись перьевой ручкой.

— Думаю, что я должен тебя поблагодарить, — сказал император.

— Ваше величество?

— Мой брат оказался именно там, где ты и предполагал.

Меньшиков многозначительно посмотрел на государя.

— Я так понимаю, что проблема наконец получила окончательное решение?

— Да, Константин решил этот вопрос, — губы императора тронула короткая улыбка.