#Бояръ-Аниме. Газлайтер. Том 24

Настя устраивается поудобнее, проводит рукой по шкуре, улыбается:

— Какой же он мохнатый…

Светка откидывается на спину, закрывает глаза, раскинув руки, будто на перине:

— Никогда ещё не каталась на облаке.

— Фака, — Змейка раздувает ноздри, разлегшись.

— Поехали, Мохнатыч, — командую, и ушкоширь тяжело сдвигается с места, разгоняя землю из-под лап.

Позади следуют зомби-ягуариды. По пути они забирают шестилапок — своих и наших, поднимаются в седла, и вся колонна ускоряется.

Когда мы подъезжаем к замку, ворота уже распахнуты настежь.

Королева Шакхарии сама выходит во двор, без всяких церемоний, с глазами по полтиннику, откровенно не скрывая удивления.

Я неспешно спрыгиваю с ушкоширя, приглаживаю ладонью шерсть на прощание и, глядя прямо на королеву, говорю:

— Ваше Величество, я привёл ушкоширя. Но убивать его не стану. Теперь он мой.

Королева медленно кивает, потом переводит взгляд на троих связанных ягуаридов, которых спрыгивают с седел.

— А кто эти трое?

— Эти? — переспрашиваю я, и обернувшись, восклицаю: — А, эти! Этих наняли убить меня и принцессу Айру. Наняли неизвестные, через посредников. Но думаю, пора показать, что бывает за покушение на принцессу Шакхарии и конунга Тавириния.

Мысленно отдаю приказ."

"Зомбированные ягуариды выходят вперёд, встают треугольником, друг напротив друга, как по линейке выверенные. Поднимают руки одновременно, синхронно — и выпускают в лица друг другу огненные волны.

Мгновение — и троица вспыхивает, как свечи. Пламя взвывает, охватывает их вихрем, обвивает тела, ревёт на весь двор. Минуту спустя от них остаётся лишь чёрный уголь, осевший прямо на камнях. Смерть быстрая, страшная и наглядная.

Зодр стоит совсем рядом. Побледнев, наблюдает за происходящим не отрываясь, что, кажется, даже забыл, как дышать.

Я в свою очередь смотрю на генерала внимательно, не отводя взгляда.

— На сегодня урок закончен.

— Красивый урок, — одобрительно кивает королева, качнув ирокезом.

Позже, когда возвращаемся в покои, я замечаю, как Настя тихонько села, опустив глаза, и чуть поёжилась.

— Ты сильно побледнела, Насть, — говорю, присаживаясь рядом.