365 дней

- Это не от меня! - сказал он, поднимая руки в защитном жесте. - Все твои вещи с Сицилии были доставлены сюда вместе с тобой.

Мы поднялись на лифте в вестибюль, и нашим глазам предстало море белых тюльпанов.

- Лаура Биль, - сказала я, подходя к портье. - Мне сказали, что здесь посылка для меня.

- Правильно, все цветы, которые вы видите, для вас. Помочь им подняться наверх?

Открыв рот, я оглядела коридор. Тюльпанов были сотни. Я подошла к одному из букетов и взяла в руку билетик, воткнутый между цветами.

«Он знает, какие цветы тебе нравятся?» - было написано на маленькой бумажке. Я подошла к другому и открыла картонку: «Он знает, сколько сахара ты кладешь в чай?» Я достала следующую: «Знает ли он твои страсти?». Я с ужасом открывала очередные записки, мяла их и запихивала в карман джинсов.

Черный стоял и, сложив руки на груди, наблюдал за тем, что я делаю, пока я не вытащила все коробки.

- Знаете что? - обратилась я к портье. - Их можно отослать или выбросить, а если у вас есть девушка, то она непременно обрадуется! - сказала я и нажала кнопку вызова лифта.

Массимо встал рядом со мной и, не говоря ни слова, вошел в лифт. Я подошла к двери и оторвала от нее конверт. Я вошла внутрь и села на диван, вертя в пальцах белую бумагу. В этот момент я подняла глаза и посмотрела на стоящего на пороге Массимо. Его глаза горели ненавистью, а челюсти ритмично сжимались. Испуганная этим зрелищем, я двинулась к нему.

- Он оскорбляет меня, - процедил он сквозь стиснутые зубы, когда я стояла напротив.

- Да ладно, это просто цветы.

- Только цветы, да, а что в конверте?"

"- Я не знаю, и, честно говоря, мне плевать! - раздраженно воскликнула я и швырнула бумагу в камин. Я взяла в руки пульт и запустила пламя, которое за несколько секунд избавило нас от проблемы.

- Вам лучше, дон Массимо? - я уставилась на него, но он не реагировал. - Черт возьми, Массимо, разве ты никогда не дрался за женщину? У него есть право пытаться вернуть меня, если он так надеется, а у меня есть право принять решение.

- Я немного понизила голос и обхватила руками его разъяренное лицо. - Я уже сделала свой выбор, я рядом с тобой. Так что даже если через минуту оркестр сыграет мне серенаду за окном, а он споет ее, ничего не изменится. Для меня он мертв, как и тот человек, который погиб от твоей руки на дороге.

Массимо стоял, впиваясь в меня ледяным взглядом. Я знала, что то, что я говорю, не доходит до него.