365 дней

Я ойкнула, когда моя голова столкнулась с твердым мужским торсом. Потирая ушибленный лоб, я подняла глаза. Передо мной стоял высокий, красивый итальянец. Кажется, я его уже где-то видела? Его ледяной взгляд пронзил меня насквозь. Я не могла двигаться, когда он так смотрел на меня почти черными глазами. В нем было что-то, что пугало меня так сильно, что я за секунду вросла в землю.

- Я думаю, ты заблудилась, - сказал он на хорошем беглом английском языке с британским акцентом. - Если ты скажешь мне, что ищешь, я помогу тебе.

"Он улыбнулся мне белыми ровными зубами, положил руку между лопатками, касаясь моей обнаженной кожи, и проводил меня до двери, через которую я попала сюда. Когда я почувствовала его прикосновение, через мое тело прошла дрожь, от которой мои ноги сделались ватными. Я была так ошеломлена, что, несмотря на все усилия, я не могла произнести ни слова по-английски. Я только улыбнулась, вернее, вздрогнула и двинулась в сторону Мартина, потому что от этих эмоций я уже совершенно забыла, зачем встала с дивана.

Мартин посмотрел на меня изумленно.

- Алкашка! И ты говоришь, что это у меня проблемы с алкоголем.

- Как-то мне очень захотелось пить, - ответила я, слегка захмелев от слишком быстро выпитого ликера.

- Я думаю, что в туалете творится какое-то колдовство, так как визит туда так на тебя повлиял, мой слабак!

На эти слова я нервно огляделась в поисках итальянца, который заставил мои колени дрожать, как в первый раз, когда я вела мотоцикл после получения водительских прав категории А. Было бы легко найти его среди белого, потому что он был одет, как я, совершенно не вписываясь в окружающую среду. Черные свободные льняные брюки, черная рубашка, из-под которой торчали деревянные четки, и мокасины без шнурков того же цвета.

- Лаура! - вернул меня в реальность голос Михаила. - Не обращай внимания на всех этих людей, просто пей.

Я даже не заметила, что на столе появился еще один бокал игристого напитка. Я решила медленно потягивать розовую жидкость, несмотря на то, что мне хотелось влить ее в себя, как и предыдущий бокал, потому что дрожь в ногах все еще не прекращалась.