Жена по принуждению

Господи, теку от него, как проститутка.

Но что я могу поделать?! Несмотря на все его выкрутасы, ложь, от него всё загорается в один миг.

Как и сейчас. Внизу скручивается тугая спиралька, которая через несколько минут вот-вот выстрелит.

– Вернер, чёрт…– соскальзывает с губ, когда пальцы проникают внутрь, раздвигая чувствительные лепестки в стороны. Оказываются во мне, и я закатываю от удовольствия глаза. Даже так. Прижимаюсь к мужскому телу сильнее. – Ты подлец. Самый настоящий…

И он это доказывает. Слегка наваливается на меня, и делает первый, безумный толчок внутрь.

Влад делает ещё одно ритмичное и быстрое движение внутрь. От которого воздух пропадает из груди.

И он продолжает это делать.

И я не контролирую себя с ним, как всегда. Сама раздвигаю ножки и позволяю входить глубже.

– Ещё…

И с упоением жду, когда эта мука закончится, и он сделает то, что любит делать всегда – войдёт в меня, доведёт до такого оргазма, от которого потом свалюсь в тёмную пучину.

От блаженства, которое захватит тело и закует цепями.

А пока только и могу, что чувствовать нестерпимую ласку, от которой стоны сами слетают с губ. Раз за разом. Секунду за секундой.

Пока разряд тока не пронизывает с головы до пят. Вырывает громкий стон. Окунает в холодную прорубь. Обдаёт жаром.

И облегчение прокатывается по всему телу.

– Как ты сладко поёшь, – глаза моментально распахиваются от ужаса. По спине бежит холодок.

Замираю и не могу двинуться.

И пока чужие пальцы поглаживают пульсирующее лоно, пытаюсь отойти от ступора.

Это не Влад.

Потому что эти ладони принадлежат не ему. Как и голос, который хрипел мне на ухо эти слова несколько секунд назад.

Я тут же подскакиваю на кровати.

Точнее, хочу. Но Генри не даёт этого сделать.

Вытаскивает омерзительную руку из шорт. Крепко и небрежно хватается за талию. Вдавливает меня в кровать.

Взмахиваю ладонью и бью по тому, что вижу, выкрикивая в панике ругательные слова:

– Отпусти! – страх прокатывается по мне, как каток. Тарабаню по жёсткому, непробиваемому телу. Он не чувствует моего сопротивления!

Вжимает в мягкий матрас и садится сверху, пошло сверкая глазами. Лицо точно такое же, как и всегда."

"Дыхание сбивается от страха, майка приподнимается до груди. Оголяет кожу, по которой Вернер водил руками несколько секунд назад.