Жена моего брата

Он тут же перевернулся, попытался проползти. Я достала из бельевого шкафа деньги, что откладывала с редких заказов и подачек Марата. У меня были карты, но он любил иногда просто швырнуть мне в лицо доллары или евро.

— Ты же этого хотела, — упрекал он меня. — Терпи, Лиза. И помалкивай.

Я хотела совсем другого, но терпела, собирала его проклятые деньги, оставляла на тумбочке, и они там лежали неделями. Потом я просто убрала их в стол. Скоро там скопилась немаленькая сумма.

Всему бывает предел. Никому нельзя верить.

А от людей с фамилией Батурин вообще нужно бежать. Забрав деньги, я взяла еще документы на машину, ноутбук, подхватила сына, бросила на стол кредитки.

Войдя в лифт, я услышала хлопок двери. Та самая квартира, в которой жила любовница моего покойного мужа. Стук каблуков по полу. Мое сердце остановилось, а вот дверцы, слава богу, закрывались. Но я все равно увидела лицо блондинки. Даже за этот миг я заметила, что на ней нет лица. Лишь цепкий взгляд пробрал меня до мурашек. Она не попыталась задержать лифт, и он увез нас с Ваней на парковку.

Думать об этой странной встрече я не собиралась. У меня были заботы серьезнее.

Спустя полчаса мы уже подъезжали к МКАДу. Я не думала о направлении, но интуитивно выбрала южное. Меня тянуло домой. Туда, где тепло, редко бывает снег зимой и можно круглый год ходить в кроссовках. Там я была счастлива. Конечно, возвращаться в родной город нельзя. Найдут сразу. Но моя подружка Катя перебралась с мужем в соседний достаточно большой город.

Может получится там зацепиться?

Ваня играл погремушками, что я забрала из квартиры и повесила на дугу его кресла. Он поражал меня каждый день. Готовый к любому приключению, всегда улыбчивый, невыносимо позитивный. Если бы не его забавное бормотание, я бы наверно, отчаялась. Но глядя на сына, буквально заряжалась позитивом. Все будет хорошо. Мы вместе. Все остальное не так важно. Главное — никогда не терять друг друга.

Но и Ванино отличное настроение не отменяло задержки в пути.

Мы останавливались, чтобы поесть и переодеться. Кормить ребенка на заднем сидении машины, посреди заправки — то еще удовольствие. Я старалась проехать как можно дальше, давала ему пюре из банки, но все равно казалось, что мы тащимся как черепахи.

К ночи стало проще. Малыш уснул, но и меня стало убаюкивать в темноте. Пришлось свернуть к ближайшему мотелю. Там утром я купила новый телефон и позвонила Кате. Она обрадовалась.

— Решила вернуться домой, Лиз? Понимаю.